Александр Невский
 

Политический строй: основные проблемы в историографии

По мнению большинства историков (Л. Черепнин, С. Богоявленский, А. Леонтьев, К. Базилевич), в первой половине XVII в. в России сложился классический режим сословно-представительной монархии, поскольку заметную роль в управлении государством стали играть Земские соборы.

Практически весь период правления Михаила Федоровича (1613—1645), даже когда фактическим правителем государства был его властный отец патриарх Филарет (1619—1633), Земские соборы созывались часто и работали на постоянной основе. В частности, по данным историков (Л. Черепнин, Д. Иванов), достоверно известно о работе семи Земских соборов 1613—1615,1616—1619,1619—1622,1632,1634,1636—1639 и 1641 гг., на которых решались важнейшие проблемы хозяйственного восстановления страны, введения новых налогов, объявления войны и заключения мира и т. д.

Первые годы правления Михаила Федоровича Романова власть фактически была сосредоточена в руках бояр Салтыковых, близких родственников его матери, инокини Марфы (1613—1619). После возвращения из польского плена отца Михаила Романова управление страной переходит в руки всесильного патриарха Филарета (1619—1633). А в последний период царствования Михаила Федоровича (1633—1645) огромное влияние на выработку и проведение внешней и внутренней политики государства стали оказывать наиболее видные члены Боярской думы Ф.И. Шереметев, Н.И. Одоевский и И.Б. Черкасский.

Укоренившаяся практика созыва Земских соборов сохранилась и в начальные годы правления нового царя Алексея Михайловича (1645—1676). В первое десятилетие его царствования состоялась работа трех Земских соборов 1648—1649, 1650 и 1653 гг., созванных для решения острейших социальных, правовых и внешнеполитических проблем. Затем созыв Земских соборов был прекращен, и этот политический институт, а вместе с ним и режим сословно-представительной монархии, ушли в историческое небытие.

По мнению большинства историков (Л. Черепнин, К. Базилевич, А. Маньков, Г. Талина), во второй половине XVII в. политический строй России стал постепенно эволюционировать в сторону абсолютизма.

В исторической науке до сих пор идет оживленная дискуссия по двум ключевым проблемам, связанных с процессом становления абсолютизма в России: 1) на какой социальной базе развивался этот процесс и 2) каковы хронологические рамки этого процесса.

1) До недавнего времени спор по первой проблеме развивался исключительно в рамках марксистской методологии, и все советские историки пытались обосновать свою позицию, опираясь на формационный подход.

Одни авторы (С. Сказкин, Б. Поршнев, В. Буганов) вслед за К. Марксом и Ф. Энгельсом утверждали, что абсолютная монархия возникает в переходные периоды, когда старые феодальные сословия приходят в упадок, а из средневекового сословия горожан формируется класс буржуазии.

Их оппоненты (Н. Павленко, А. Аврех) отвергали теорию «равновесия сил» и заявляли, что формирование абсолютной (самодержавной) монархии в России шло исключительно на базе господства феодально-крепостнических отношений.

В настоящее время большинство авторов (Н. Павленко, П. Седов, Г. Талина) справедливо говорят, что вопрос об условиях возникновения абсолютизма в России требует дальнейшего изучения, но уже сейчас можно точно сказать, что бесполезно искать предпосылки становления абсолютизма в экономическом базисе. Политические причины, в частности, необходимость борьбы с внешней угрозой, и на этот раз сыграли решающую роль в форсированном утверждении абсолютизма в стране. Именно об этом в свое время писали и все представители знаменитой «государственной школы», выдающиеся русские историки и юристы С.М. Соловьев, К.Д. Кавелин, Б.Н. Чичерин и П.Н. Милюков.

2) По второй проблеме также существует две основных точки зрения.

Ряд авторов (С. Шмидт, Д. Альшиц) утверждает, что абсолютная монархия стала реальностью уже во второй половине XVI в., в годы правления Ивана Грозного.

Но большинство историков (Л. Черепнин, Н. Павленко, А. Маньков, П. Седов, Г. Талина) справедливо датирует этот процесс второй половиной XVII — первой четвертью XVIII вв. Дело в том, что уважаемые профессора С.О. Шмидт и Д.Н. Альшиц, видимо, не до конца поняли, что термин «самодержец», который использовался в княжеской титулатуре со времен Ивана III, обозначал тогда не самодержавный (в смысле неограниченный) характер великокняжеской власти, а суверенность и независимость власти великого князя Московского и государя всея Руси по отношению к своим «коллегам» по монаршему ремеслу, прежде всего, татарским ханам. Однако уже со второй половины XVII в. этот термин стал использоваться по прямому назначению, подчеркивая именно абсолютистский характер власти великого государя.

 
© 2004—2020 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика