Александр Невский
 

6. Основные этапы развития государства в X в.

Вхождение племенных княжеств в состав государства долгое время было непрочным. Смена князя в Киеве обыкновенно приводила к отпадению сильнейших княжеств. Под 913 г. «Повесть временных лет» сообщает: «Поча княжити Игорь по Олзе... И деревляне затворишася от Игоря по Олгове смерти».1 И Ольге, и Владимиру Святославичу доводилось начинать правление с возвращения под власть Киева отпавших племенных княжений. И все же к середине X в. первый этап складывания Древнерусского государства можно считать завершенным.

По мнению известного историка, период Олега и Игоря не внес принципиальных изменений в социально-экономические отношения в Древней Руси. Он имел в виду то обстоятельство, что эти отношения существенно не отличались от господствовавших в восточнославянском обществе предыдущего времени. Думаю, что это было не так. И уже вовсе ошибался этот ученый, когда считал, что оба князя увлекались внешней политикой во вред внутренней.2 Они были строителями первого этапа государственности, и не стоит требовать от них большего, чем они могли дать.

Второй этап в развитии государственности Руси начался, на мой взгляд, с наступления княжения преемницы Игоря Ольги, с решительных мер княгини по упорядочению системы и норм взимания дани, организации опорных пунктов центральной власти на местах, распространения административной и судовой систем на подвластные Киеву земли.3 Умные, дальновидные и целенаправленные действия правительства Ольги были решающим шагом на пути огосударствления племенных княжений, превращения их земель в государственную территорию Киевской Руси. Этот этап завершается в начале княжения Владимира, когда племенные княжения окончательно вошли в состав государства. Тогда оно начало превращаться в раннефеодальное.

Как подчеркивают летописцы, в последней трети X в. княжеская власть, оставаясь наследственной, делается единоличной. Впервые понятие единовластия в «Повести» применено к старшему брату Владимира Ярополку* под 978 г.: «А Ярополк посадники своя посади в Новегороде, и бе володея един в Руси». Победивший Ярополка в поединке за киевский престол Владимир также провозглашен Нестором единовластным правителем государства: «И начал княжити Володимер в Киеве един».4

Таким образом, государственность сложилась в обществе восточных славян, остававшемся еще родо-племенным. Предлагаю назвать первое русское государство середины IX — большей части X в. надплеменным, поскольку власть не только отделилась от массы народа, но и поднялась над самой племенной верхушкой, приобрела индивидуальный характер. Кроме того, государство было организовано уже по территориальному принципу и этим решительно отличалось от предшествующих ему протогосударственных объединений. Такой была социальная сущность Древнерусского государства IX — первой половины X в.

Договоры с греками, и уже первый среди них 911 г., представляют Русь как совокупность населения всех ее земель. Она выступает в этом договоре не только как особенная политическая общность со своей верховной властью, собственными «законами» и «локонами», но и как общность этническая. В преамбуле договора 911 г. послы Олега и других князей выступают «от рода рускаго».5 В договоре Игоря 944 г. подчеркнуто, что послы представляют как Игоря и «всякое княжье», так и «всех людий Руския земля». А дальше «люди вси рустии» названы полноправными участниками русско-византийского соглашения.6

Что же касается формы Древнерусского государства IX—X вв., то стоит принять удачное определение, предложенное известным скандинавистом Е.А. Мельниковой: дружинное государство.7 Потому что господствующий слой такого государства был представлен верхушкой дружины, из ее членов состоял в течение долгого времени элементарный аппарат управления. Дружина осуществляла собирание дани и судебные функции.

Примечания

*. Единовластным выглядит уже Рюрик в следующем сообщении Новгородской первой летописи младшего извода: «По двою же лету умре Синеус и брат его Трувор, и прил власть един Рюрик, обою брату власть, и нача владети един» (Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. С. 107). Как известно специалистам, А.А. Шахматов считал эту летопись ближе, чем «Повесть временных лет», к Начальному своду 1095 г. и, следовательно, — к Древнейшему своду. Однако приведенная цитата ставит под сомнение эту мысль, по крайней мере в словах относительно единовластия Рюрика. Думаю, что это место источника подверглось влиянию рассказов позднейших летописцев о единовластном правлении Ярополка и Владимира.

1. Повесть временных лет. С. 31.

2. Абрамович Г.В. К вопросу о критериях раннего феодализма на Руси и стадиальности его перехода в развитой феодализм // История СССР. 1981. № 2. С. 71.

3. Повесть временных лет. С. 43.

4. Повесть временных лет. С. 54, 56.

5. См.: Рогов А.И., Флоря Б.Н. Указ. соч. С. 103.

6. Повесть временных лет. С. 35.

7. Мельникова Е.А. К типологии становления государств в Северной и Восточной Европе // Образование Древнерусского государства. Спорные проблемы. М., 1992. С. 39.

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика