Александр Невский
 

Великий князь Владимирский: 1252—1255 годы

Благоверному князю Александру вновь предстоял переезд — отныне ему с семейством полагалось жить в Переславле-Залесском и Владимире. Оба эти города были разорены нашествием, и на их восстановление требовались значительные средства. Великий князь мог добыть эти средства только из своих новгородских доходов, что неизбежно вызвало бы конфликт с новгородским боярством.

Тем не менее, Александр Ярославич, не жалея средств, отстраивает и родной Переславль-Залесский и Владимир. По словам летописей, он воздвигал церкви, собирал разбежавшихся во время ордынского набега жителей и всячески обустраивал мирную жизнь. При этом он показал себя не только щедрым благотворителем, но и ревностным христианином — на месте бывшего до разорения языческого капища в Переславле — Ярилиной горе — он устраивает монастырь.

В то время как Александр Невский возрождал Русь Северо-Восточную, на Русь Юго-Западную из Орды был отправлен темник Куремса с войском. Целью похода были владения Даниила Галицкого. В 1240 году монголы под предводительством Батыя уже громили Галичину. Тогда Даниил Романович с семейством был вынужден бежать сначала в Польшу, а затем в Венгрию. Он просил о помощи, но в помощи ему было отказано, так что он смог вернуться в Галич только после ухода оттуда монголов. Но Куремса был отнюдь не Батый и не Субэдэй, Даниил не видел в нем серьезного противника. Ему не удалось взять ни одной крепости, в которых укрылись жители. Более того, Даниил в открытом бою разбил ордынское войско, так что Куремса ни с чем возвратился в Орду. После этого он начинает изгонять ордынцев, как состоящих на службе у хана, так и праздношатающиеся шайки из Подолья. В связи с этим престиж Даниила в европейских политических кругах возрос. Ранее венгерский король Бела IV отказал Даниилу, когда тот сватал дочь Белы за своего сына Льва, а в 1252 году венгерский король сам возобновляет сватовство и выдает свою дочь Констанцию за Льва Даниловича. Другого своего сына, Романа, Даниил Галицкий женит на наследнице австрийского герцога, так что Роман Данилович стал претендовать на Австрию и Штирию. Даниилу пишет Римский папа Иннокентий IV, благословляя его на войну против Орды и предлагая королевскую корону. Другое дело, что ценой благосклонности Римского первосвященника была церковная уния.

В настоящее время некоторые исследователи полагают, что Александру Невскому следовало поддержать Даниила Галицкого. Что если бы они выступили единым фронтом, то Русь могла бы избавиться от ордынской власти. Однако, благоверный князь Александр считал иначе — он предпочел не рисковать и не подвергать Русь опасностям новых ордынских набегов. В этом благоверного князя поддерживал и Предстоятель Русской Церкви — митрополит святитель Кирилл, бывший в миру хранителем печати и близким другом Даниила Галицкого.

Обустраивая Северо-Восточную Русь, Александр не забывал и о Новгороде. Подобно своему отцу, он оставляет в Новгороде наместником своего сына-подростка Василия. Также как и в свое время Александр, Василий, выросший в Новгороде, всем сердцем прикипел к этому городу. Но, к сожалению, он не обладал твердостью благоверного князя Александра, что впоследствии стало для него роковым.

Вместе с юным Василием в Новгороде была оставлена и сильная дружина, готовая в любое время выступить навстречу неприятелю. В этом плане проблемы Новгорода и Пскова отличались от проблем Владимирской Руси. И если основной бедой Северо-Восточной Руси были ордынцы, то на новгородские и псковские пределы регулярно совершали набеги литовцы и орденские рыцари.

Именно очередное нападение орденских рыцарей на псковские пределы стало причиной того, что псковское вече решило пригласить в город князя. Этим князем стал скрывавшийся в Ладоге брат благоверного князя Александра Ярослав. Подобное приглашение было оскорбительно для Александра — ему тем самым давали понять, что его помощь и защита недостаточны. При желании Александр имел множество способов выгнать брата из Пскова — у него было наиболее сильное войско, он был в милости в Орде, но Александр Ярославич старался всячески избегать междоусобиц, поэтому он, смирившись, спустил и брату и Пскову такое оскорбление. А его слова, сказанные псковичам после битвы на Чудском озере, оказались почти пророческими.

Смирение благоверного князя Александра явило резкий контраст с выбором Даниила Галицкого, принявшего королевскую корону и благословение из Рима. Это стоило ему дружбы святителя митрополита Кирилла, который отныне и бесповоротно перешел на сторону благоверного князя Александра. Обосновавшись во Владимире, святитель время от времени навещал Киев и другие южнорусские земли, но почти не появлялся в Галичине. Совместно с благоверным князем Александром митрополит Кирилл начинает хлопотать перед Патриархом Константинопольским (тогда еще временно Никейским)1 и перед ханом об открытии православной епархии в Сарае.

И ордынские хлопоты, и возрождение Владимирской Руси требовали больших средств, а добыть эти средства в кратчайшие сроки и без сугубого насилия в то время можно было только в новгородской земле. Пользуясь княжеским правом, Александр Ярославич получал закрепленную старинным обычаем долю городских и земельных налогов. Кроме того, в обход тех же обычаев он покупал и продавал недвижимость в новгородской земле и увеличивал сборы. Поэтому, несмотря на то, что Александр всегда защищал Новгород от внешнего врага, новгородцы роптали на него.

Их ропот поддержал сидевший в Пскове брат благоверного князя Ярослав. Благодаря его интригам, новгородцы выгнали из города княжича Василия и призвали на княжение Ярослава. Когда известие об этом дошло до Александра, он собрал войска и двинулся к Новгороду. Ярослав не рассчитывал на такую реакцию брата, спокойно и смиренно спустившему ему княжение в Пскове, поэтому, узнав о вступившем в новгородские пределы александровом войске, он бежал обратно в Псков.

Александр, дойдя до Торжка, где его дожидался изгнанный из Новгорода сын, остановился. Он не желал войны с Новгородом. Не желали этого и его сторонники из среды новгородских бояр, также бежавшие в Торжок. Александр послал в Новгород одного из своих бояр с требованием выдать ему главу «оппозиции», посадника Ананию. Новгородское вече ответило отказом. Ездившие в обе стороны посольства не добились какого-либо результата. Затем обе стороны предпочли взять паузу перед дальнейшими переговорами. В конце концов, Александр, видя, что его противник, посадник Анания — человек разумный и смиренный, не позволивший своим сторонникам разграбить ни дворы сторонников благоверного князя, ни княжьего двора, предложил помириться на том, что Анания будет смещен с посадничества. Так и было решено. Княжич Василий вновь водворился в Новгороде, а Александр вернулся домой.

Примерно в это же время в Орде умер разоритель Руси, хан Батый. Впрочем, на русско-ордынские отношения это особо не повлияло, ибо русские князья давно уже привыкли иметь дело со старшим сыном и соправителем Батыя Сартаком, который к тому же явно благоволил христианам. Благодаря хорошим отношениям с новым ханом благоверному князю Александру удалось избежать поездки в Орду.

Предположительно в том же году у благоверного князя родился еще один сын, названный Андреем. Возможно, такое имя было дано княжичу просто по святцам, а возможно потому, что его отец вел переговоры с братом Андреем, желая вернуть его домой.

Примечания

1. В связи с захватом Константинополя крестоносцами патриаршая кафедра с 1207 по 1261 год была перемещена в Никею.

 
© 2004—2019 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика