Александр Невский
 

Торговые связи Смоленского княжества во второй половине XII — первой половине XIII в.

Расширение международной торговли Смоленска в конце XII — начале XIII в. привело к необходимости международных торговых соглашений, результатом которых и явились дошедшие до нас договоры Смоленска с Ригой и г. Висби на о. Готланд1. Об участии Смоленска в переговорах Полоцка 1210 г. можно судить уже по сообщению Генриха Латвийского, который пишет, что в этом году от немцев в Полоцк прибыл для торговых переговоров «брат-рыцарь Арнольд». Переговоры были затем перенесены в Ригу, где, по поручению полоцкого князя, в них участвовал со стороны русских некто Лудольф (Рудольф) — «разумный и богатый человек из Смоленска»2. Целью переговоров была беспрепятственная торговля между договаривающимися сторонами, а также провоз товаров по территории этих сторон. Достигнутые соглашения гарантировали неприкосновенность грузов купцов, с которыми они двигались по землям заинтересованных сторон, а также и личности самого торговца. Специально рассматривался вопрос о беспрепятственном и организованном проезде иностранных купцов по смоленским волокам, была определена очередность перевозки по ним грузов «волочанами» (жителями волока, промышлявшими перевозкой судов по суху). В Смоленске немецкие купцы освобождались от пошлины, но обязывались к уплате княжескому чиновнику — «весцу» «одну куну с двух капий, т. е. с 8 пудов»3.

Вопрос о товарах, которые участвовали в торговле Смоленской земли с другими странами в этот третий период смоленской торговли, достаточно исследовался4. Из Смоленска более всего вывозился в Западную Европу воск. Его взвешивали на специальных весах, гири которых имели особые эталоны, хранившиеся в смоленском Успенском соборе, а также в Латинской церкви. Далее был, очевидно, мед и другие товары. Смоленский рынок, по-видимому, предлагал и коней: во всяком случае, «немчи (которые приезжали по воде в ладьях) послали свои коне из Смоленска в Витебск». Есть сведения, что немцы покупали в Смоленске рожь и крупный рогатый скот. М.П. Лесников обнаружил в немецких источниках XV в. термин «смоленские кожи», «смоленская пушнина»5. П.В. Голубовский отмечал, что при большом количестве сведений о ловле бобров на Руси, в литературе нет сообщений о продаже бобрового меха за границу. Главным образом сбывались меха лисьи, соболиные, куньи, также волчьи6. Предметами ввоза были, без сомнения, разных сортов сукно (по более поздним документам, связанным со Смоленском — ипрское, трирское, скарлат — красное, французское), «рукавицы перстаты готские»7 (меховые перчатки, Русь носила и выделывала, по-видимому, лишь меховые рукавицы). В более поздних грамотах упоминаются чулки, имбирь, засахаренный горошек, миндаль, копченая семга, треска, сладкие вина, соль, шпоры8. Как указывалось, в этот период с Кавказа в Новгород больше всего поступило самшитовых гребней. Их возили, конечно, по Волге, но они встречаются и в Смоленске, Мстиславле и Ростиславле в слоях этого времени9. Попадали они, вероятно, через Оку и Волгу, а может быть, и через Новгородские земли. Крайне интересен вопрос о торговле стеклом, и в частности наиболее массовым материалом — стеклянными браслетами. Как показали раскопки в Новгороде, браслеты калиево-свинцово-кремнеземного стекла появились там в XII в., причем в 1116—1197 гг. преобладали изделия, купленные в Киеве, а в 1224—1313 гг. — сделанные в Новгороде10. Можно думать, что та же картина с киевскими браслетами обнаружится и в Смоленске: киевский импорт там будет преобладать в XII в., пока не наладится местное производство. По свидетельству Ю.Л. Щаповой, браслетами, привезенными из Киева в Смоленск, следует считать изделия, сделанные из калиево-свинцово-кремнеземного стекла. Браслеты натриево-известково-кремнеземного стекла происходят также из Киева, но сделаны они, как она полагает, в греческих мастерских Киева, из них часть синих браслетов поступила из Византии11. Перстни XIII—XIV вв., сделанные из калиево-натриево-кальциево-свинцово-кремнеземного стекла (и несколько из такого же стекла браслетов) Ю.Л. Щапова предположительно считает привезенными из Западной Европы, что очень вероятно, так как именно тогда связи Смоленска с Западом широко распространились. Помимо смоленских, исследовательница изучила стеклянные изделия из Воищины (раскопки В.В. Седова). Оказалось, что здесь очень мало киевских браслетов, большинство же браслетов местного производства12. Возможно, некоторые сделаны в Смоленске. Изучение торговли по составу стекол обещает в будущем много важного.

Транзитные товары. Представление о смоленском рынке пополняет изучение товаров, прошедших через Смоленскую землю транзитом. Таких товаров было множество. Известны случаи, когда их умышленная задержка ставила Новгород в безвыходное положение: в 1141 г., например, новгородцам было трудно без князя — 9 месяцев «ни жито к ним не идяще ни откуду же», в 1167 г. съложишася на Новъгородъ Андрѣи съ смолняны и съ полоцяны, и пути заяша, и сълы изъимаша новгородьскыя вьсьде, вести не дадуце Кыеву...»13. Крайне интересны наблюдения Е.А. Рыбиной над новгородским импортом, идущим через Смоленск: в Новгороде в конце XI — начале XII в. происходит резкое падение количества шиферных пряслиц, обломков амфор, грецких орехов. Поскольку товары, шедшие с юга по Волге (например, самшитовые гребни с Кавказа), такого падения не обнаруживают, исследовательница справедливо заключает, что это связано с какими-то внешними причинами, ограничивающими их провоз по днепровскому пути, и предлагает изучить это явление на археологических находках Смоленска14.

Товары, которые возили через Смоленск в Новгород, довольно ясны: пшеница, рожь, пряности, вина, фрукты, некоторые виды овощей. Частично это были товары южной Руси, из Византии и через нее из других южных стран. Из Киева шли предметы культа — кресты-энколпионы, иконки; из Византии — византийские монеты, иконы, украшения. Из Западной Европы в Смоленск и далее попадали мечи и многочисленные скандинавские украшения, которые теперь находят в Киеве, в Чернигове (в Шестовицах)15. Некоторые товары шли через Смоленск и с запада на восток: в Рязанском кладе был найден слиток серебра с надписью «Павел Рижанин»16, что указывает на транзит по Западной Двине. Можно думать, что через Смоленщину возили на восток и прибалтийский янтарь. О провозе в Новгород стеклянных изделий Киева и Византии уже говорилось.

Служба мер и весов. В заключение несколько слов о службе мер и весов в Смоленской земле. Как отметил Я.Н. Щапов, вопрос об этом еще не поднимался в 30-х годах XII в. — Устав Ростислава и Подтвердительная грамота епископа 1136 г. об этом молчат, «хотя очень подробно оговаривают все источники материального обеспечения епископии, в том числе и ее компетенцию в суде»17. Однако судя по Договору 1229 г. в Успенском соборе и в «немецкой божнице», в Смоленске хранилась «капь» — эталон веса, гарантирующая равноправие в международной торговле Смоленска. Подобные эталоны, доказывает исследователь, были и в более мелких городах Смоленской земли, в частности на Касплянском волоке. Таким образом, источники по истории Смоленской земли впервые сообщают нам о службе мер и весов в древней Руси.

Примечания

1. Разбор этих грамот см. в разделе «Источники».

2. Генрих Латвийский. Хроника Ливонии. Л., 1938, с. 136.

3. Голубовский П.В. История Смоленской земли до начала XV столетия. Киев, 1895, с. 143.

4. Голубовский П.В. История Смоленской земли...; Усачев И.Н. К оценке западных внешних торговых связей Смоленска в XII—XIV вв. — В кн.: Международные связи России. М., 1961; Он же. О внешней торговле Смоленска в IX—XIV вв. — МИСО, Смоленск, 1970, вып. VII и др. работы этого автора.

5. Лесников М.П. Ганзейская торговля пушниной в начале XV в. — Уч. зап. МГПИ им. В.П. Потемкина, М., 1949, т. XIII, вып. 1, с. 81.

6. Голубовский П.В. История Смоленской земли..., с. 96.

7. Смоленские грамоты XIII—XIV вв. М., 1963.

8. Голубовский П.В. История Смоленской земли..., с. 137.

9. Алексеев Л.В. Древний Ростиславль, рис. 29, 1, 5; Он же. Древний Мстиславль, рис. 2, 18.

10. Щапова Ю.Л. Стекло Киевской Руси. М., 1972, с. 132, рис. 27.

11. Там же, с. 137, 138.

12. Там же, с. 132—136.

13. ПСРЛ. Л., 1927, т. I, вып. 2, стб. 309; НПЛ. М.; Л., 1950, с. 32, 220.

14. Рыбина Е.А. Из истории южного импорта в Новгород. — СА, 1971, № 1; Она же. Археологические очерки истории новгородской торговли. М., 1978.

15. Каргер М.К. Древний Киев. М.; Л., 1958, т. 1; Бліфельд Д.І. Давньоруські пам'ятки Шестовиці. Киів, 1977.

16. Сотникова М.П. Эпиграфика серебряных платежных слитков Великого Новгорода. — Труды Госэрмитажа, 1961, IV, с. 68.

17. Щапов Я.Н. Из истории городского управления в древней Руси (служба мер и весов). — В кн.: Города феодальной России: Сборник памяти Н.В. Устюгова. М., 1966, с. 100.

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика