Александр Невский
 

Холмские башни-столпы XIII в. и их предназначение

Исследователи давно обратили внимание на удивительный феномен в архитектуре Галицко-Волынской Руси XIII — первой половины XIV вв., практически не встречающийся в других русских землях. На территории Западной Волыни и Галицкого Прикарпатья к настоящему времени выявлено значительное число отдельно стоящих каменных башен-столпов, иногда являвшихся частью монастырских комплексов или расположенных в черте городов. Эти сооружения сохранились в основном в виде скрытых в земле фундаментов. Однако в некоторых редких случаях башни сохранились полностью, что позволяет изучить их архитектурно-конструктивные особенности и попытаться определить функциональное предназначение.1

Долгое время в литературе господствовало мнение, что упомянутые западноволынские столпы представляют собой башни-донжоны военно-оборонительных комплексов, построенных по типу западноевропейских феодальных замков. Однако новейшие архитектурно-археологические исследования наиболее сохранившихся памятников, в частности башни в Столпье под Холмом, показывают, что предназначение подобных объектов могло быть совершенно иным. На верхнем (пятом) ярусе Столпьевской башни обнаружены остатки часовни, устроенной, несомненно, при строительстве столпа. Данное открытие показывает, что изначально башня была предназначена для отправления особого рода религиозных культов, связанных с идеями христианского аскетизма. Такие культы со времен раннего средневековья были широко распространены на христианском Востоке и в Византии. Их выражением было столпничество, предполагавшее уединенное проживание, как правило, на вершине башни-столпа в строгом посте и молитвенных бдениях.2

Похоже, Столпьевская башня не утратила своего изначального предназначения и спустя несколько столетий с момента ее постройки. Еще в середине XV в. в башне жил иеромонах-отшельник по имени Вавила, которого принял под свою защиту киевский митрополит и папский легат Исидор. В послании к старостам Холма от 27 июля 1440 г. Исидор разъясняет, что «попъ Вавила отъ светого Спаса отъ Столъпа» не должен терпеть обид от местных жителей, покушавшихся на прилегающий к столпу сад, так как он в том столпе-церкви живет и «Бога молить о всемъ християнстве».3

Ил. 123. Район Высокой Горки. Место, где во второй половине XIII в. находился дворец Даниила Галицкого. Современный вид (г. Хелм, Люблинское воеводство, Польша)

Главным средоточием башен-столпов на Западной Волыни был город Холм, построенный Даниилом Романовичем в качестве новой столицы Галицко-Волынской Руси. В рассказе Галицко-Волынской летописи о постройке Холма упоминается «высокая вежа», возведенная князем Даниилом в центре города.4 Фундаменты этой постройки раскопаны П.П. Покрышкиным в 1910—1912 гг. на Высокой Горке в Холме. Выстроенная в 1230—1240-е гг. башня представляла собой квадратное в плане сооружение (4,7×4,9 м) с круглым внутренним помещением (диаметром ок. 2 м) и толщиной стен 1,2—1,4 м. С юго-западной стороны к башне примыкало прямоугольное, вытянутое в длину сооружение, идентифицируемое как княжеский дворец Даниила Галицкого, существенно перестроенный в конце XII — начале XIV вв. В ходе дальнейших раскопок комплекса княжеского дворца обнаружены фундаменты еще одной жилой башни, построенной в середине XIV в.5

В 2 км к северу от Холма, у деревни Белавино, вплоть до Второй мировой войны сохранялись остатки стен каменной башни, возведенной на небольшой насыпи посреди труднопроходимого болота. В XIX в. местные жители называли эту башню Столп, а местность вокруг нее — Застолпье.6

В 1909 г башня была обследована П.П. Покрышкиным, а в 1910—1911 гг. отремонтирована. Уцелевшие фундаменты постройки неоднократно исследовались в 1970—1990-х гг Наружные размеры башни 11,8×12,4 м при высоте ок. 18 м и толщине стен ок. 1,7 м. О возможном культовом предназначении сооружения свидетельствуют размеры и форма окон устроенных в его верхнем ярусе. Эти окна значительно превышали размеры бойниц и представляли собой широкие (до 1,7 м) проемы с полуциркульным завершением, отделанные белым и зеленым тесаным камнем. На внутренней поверхности стен на уровне верхнего яруса были зафиксированы следы штукатурки и красочной росписи. Над увенчанным сводом верхним ярусом башни, вероятно, был устроен еще один ярус, представлявший собой открытую площадку.7

Ил. 124. Адам Ле Руе (18257—1863). Развалины башни в Белавине. Рисунок из «Люблинского альбома» (1857—1860 гг.)

Согласно местным преданиям, записанным в середине XVII в. холмским униатским епископом Яковом Сушей, в окрестностях Холма существовало еще несколько древних каменных столпов — в селах Спас и Чернеево. Исследователями предпринимаются попытки их идентификации с известными ныне объектами, не давшие пока убедительных результатов.8

В соседнем с Холмом городе Люблине известна еще одна каменная башня-столп, строительство которой связывается с деятельностью Даниила Романовича. По сообщениям польских источников, в 1243 или 1244 гг. Люблин на некоторое время был захвачен галицко-волынским князем, немедленно приступившим к строительству в Люблинском замке новой каменной башни. Так, в Рочнике Свентокшиском Новом читаем:

...русские в ряде нападений опустошают и поджигают Люблин и всю территорию; и начали строить для себя замок и поставили каменную башню.9

Дополнительные подробности приводятся в «Истории» Яна Длугоша, уточняющего, что башня была построена Даниилом на территории Среднего замка и имела круглую форму:

Он (Даниил Романович. — А.М.), придя в Люблин, захватывает как замок, так и город, и присваивает и забирает всю землю Люблинскую и строит в Среднем замке круглую башню из обожженных кирпичей.10

Эта башня упоминается и в Галицко-Волынской летописи под 1287 г., в рассказе о том, как Мерский князь Конрад Земовитович, внук Конрада Мазовецкого, попытался захватить Люблин. Завидев во время переговоров с горожанами приближающееся вражеское войско, Конрад бежал и укрылся в каменной башне, где обитали монахи:

И выбеже Кондратъ во столпъ ко мнихомъ с бояры своими и с слоугами...11

Из приведенного летописного известия следует, что построенная Даниилом в Люблине башня имела не столько военно-оборонительное, сколько сакральное предназначение: башня, именуемая столпом, была жилищем монахов, вероятно, приверженцев особого рода монашеского служения — столпничества. И только в минуту большой опасности князь Конрад со своими приближенными получил убежище в этом столпе.

Ил. 125. Готическая, или Круглая, башня. Предполагаемая башня-столп, построенная Даниилом Галицким в середине XIII в. Современный вид (г. Люблин, Польша)

До настоящего времени на территории Люблинского замка сохраняется круглая кирпичная башня, стоящая на мощном каменном фундаменте, которую большинство исследователей отождествляет со столпом Даниила Галицкого.12 Архитектурные формы и техника кладки башни указывают на ее родство с архитектурой Мекленбурга и Халле. Это обстоятельство, в свою очередь, заставляет предполагать, что башня была возведена приглашенными в Люблин восточнонемецкими мастерами. Некоторые исследователи полагают, что Круглая башня Люблина, также именуемая Готической, могла быть построена в середине XIV в.13

Примечания

1. Раппопорт П.А. Волынские башни; Рожко М.Ф. 1) Карпатські шляхи та їх охорона // УІЖ. 1990. № 10; 2) Оборонно-житлові вежі в системі укріплень Галицько-Волинського князівства // Любецький з'їзд князів 1097 року в історичній долі Київської Русі / Відп. ред. П.П. Толочко. Чернігів, 1997; Антипов И.В. Оборонительные башни «волынского типа» в системе укреплений городов Западной Руси // Поселения: среда, культура, социум. Мат-лы тематической науч. конф. Санкт-Петербург, 6—9 октября 1998 г. СПб., 1998.

2. Подробнее см.: Zespół wieżowy w Stołpiu. Badania 2003—2005 / Pod red. A. Buko. Warszawa, 2009. См. также главу 23 настоящей работы.

3. АЮЗР. Ч. I. T. VI. Киев, 1883. № II. С. 5.

4. ПСРЛ. Т. II. Стб. 844.

5. Антипов И.В. Древнерусская архитектура второй половины XIII — первой трети XIV в. С. 107—108. № IV.3, 133—135. № IV.16.

6. Хрусцевич Г.Н. Белавинская и Столпьевская башни под Холмом // Памятники русской старины в западных губерниях империи / Изд. П.Н. Батюшкова. Вып. 7. СПб., 1885. С. 46—61; Батюшков П.Н. Холмская Русь. Исторические судьбы русского Забужья. СПб., 1887. Приложения. № 25. С. 36.

7. Антипов И.В. Древнерусская архитектура второй половины XIII — первой трети XIV в. С. 138—141. № IV.18; Ruszkowska U. Chełm-Bieławin. U źródeł miasta // Badania archeologiczne o początkach i historii Chełma. Lublin, 2002 (Lubelski Wojewódzki Konserwator Zabytków w Lublinie).

8. Хрусцевич Г.Н. Белавинская и Столпьевская башни под Холмом. С. 50; Раппопорт П.А. Волынские башни. С. 219—220.

9. Цит. по: Раппопорт П.А. Волынские башни. С. 220.

10. Jana Długosza Roczniki czyli Kroniki Sławnego Królestwa Polskiego. Warszawa, 1973. Ks. 7—8. S. 57.

11. ПСРЛ. Т. II. Стб. 910.

12. Лонгинов А.В. 1) Червенские города. Варшава, 1885. С. 145; 2) Памятники русской старины в г. Люблине // Памятники русской старины в западных губерниях империи / Изд. П.Н. Батюшкова. Вып. 8. СПб., 1885. С. 239—240; Раппопорт П.А. Волынские башни. С. 220; Антипов И.В. Люблинская башня и западнорусская архитектура второй половины XIII в. // Староладожский сборник. СПб.; Старая Ладога, 1998.

13. Koziejowski N. Romański character stylowy architektury wieży na zamku w Lublinie // Roczniki humanistyczne. T. XXIII. Lublin, 1975. Z. 5.

 
© 2004—2021 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика