Александр Невский
 

Подмосковные Уполозы 1231 г.

Статья опубликована в сборнике «Проблемы исторической географии России». М., 1982. Вып. 1: Формирование государственной территории России.

Историко-географический аспект исследования проблем феодальной раздробленности в Северо-Восточной Руси является одним из важнейших и довольно сложных. Значительное место здесь принадлежит локализации географических объектов, упомянутых в древнейших письменных источниках. Такая локализация способствует более точной пространственной характеристике исторических явлений.

С этой точки зрения представляет интерес определение местонахождения Уполоз, впервые упоминаемых под 1231 г. Надо сказать, что юго-западная часть современной Московской области в XII—XIII вв. была местом соприкосновения границ ростово-суздальских, новгородских, смоленских, черниговских, а также границ Рязанского княжества. Границы эти были в основном определены русскими историками уже к концу XIX в., не вызывали серьезных сомнений и в уточненном виде нашли отражение в фундаментальном исследовании А.Н. Насонова1. Положение изменилось с конца 60-х гг., когда началась работа над академическим «Атласом истории СССР». Современные достижения источниковедения, археологии и топонимики обусловили ревизию целого ряда прежде принятых локализаций древних поселений, нередко сделанных лишь по внешнему сходству названий. Изображение на исторических картах XII—XIII вв. указанного стыка границ стало проблематичным, так как более половины локализаций древнерусских топонимов этого района вызывает ныне разноречивые суждения (Добрятино, Доброчков, Бобровницы, Путтин, Беницы — 1136 г., Лопасна, Сверилеск — 1175 г.)2.

Уполозы до сих пор относились к тем древним географическим объектам, местонахождение которых неизвестно. Считается, что они находились в Черниговской земле, «на пути из Владимира-Залесского в Серенск»3. Единственное уточнение было предложено И.А. Голубцовым: «Уполозы, в вел. Новгор, земле, м.б. = дер. Уполозы под Порховом»4. Это замечание ценно как первое указание на существование топонима, аналогичного летописному, но ошибочно в определении района нахождения, так как из летописного текста вполне ясно, что Уполозы были расположены где-то в области чернигово-суздальского пограничья.

Уполозы упоминаются в связи с событиями осени 1231 г.5 Последние описаны во владимирском и новгородском летописании, причем Уполозы фигурируют только в первом рассказе. «В лѣто 6740 поиде князь великыи Гюрги к Сереньску; и стоявъ станом на Уполозѣх, и възвратися в Володимерь. Ярослав же и Констянтиновичи, идоша к Сереньску, град пожгоша, людем избѣгшим; ино же много воеваша, възвратишася въ своя си»6. Новгородская 1 летопись описывает те же события под 6739 г: «Тои же осени ходи Ярославъ ратию на Цьрниговѣскую волость с новгородци и съ всѣо властью своею на Михаила, и пожьже Шереньскъ; и стоявъ подъ Мосальскомь [Мосаискомъ], и въспятися въспять, истративъ обилия мъного. Ту же подъ городомь застрѣлиша Олдана подвоискаго, и без мира отъидоша»7.

Местонахождение древних Мосальска и Серенска не вызывало сомнения, хотя их локализация никем не была аргументирована. Н.М. Карамзин, указав нахождение Серенска в Калужской губернии («на реке Серене, ныне село»), о том, где находился Мосальск, даже не упомянул, считая, вероятно, это общеизвестным8. Приблизительно так же поступали историки и в дальнейшем. Например, А.Н. Насонов в сводке «Поселения, урочища и реки Черниговской земли» о Мосальске писал так: «...город "Черниговской волости". Мосальск ныне — районный центр Калужской области на р. Можайке». Серенск в этой сводке пропущен)9. В силу достаточной известности этих городов в XV—XVII вв. историческая преемственность городов XIII и поселений XIX вв. казалась вполне очевидной.

Однако подобного рода ретроспективная связь может оказаться ошибочной. Можно привести пример Воротынска, упомянутого в домонгольское время единственный раз в связи с событиями 1155 г. в тексте, не содержащем указаний на район нахождения города10. Воротынск, хорошо известный в XIV—XVII вв., точно указанный С. Герберштейном в 3 милях выше Калуги недалеко от Оки11, в XIX в. был уже заштатным городком Перемышльского уезда Калужской губ.12 Однако ни у Н.М. Карамзина, ни у позднейших исследователей отождествление Воротынска 1155 г. с современным им Воротынском не вызывало сомнений (ныне д. Воротынск, Перемышльский район Калужской обл., в 21 км к юго-западу от Калуги)13. В Воротынске известно средневековое городище на правом берегу р. Выссы (левый приток Оки), но оно не было достаточно изучено. Исследовавший укрепление Воротынского городища П.А. Раппопорт пришел к выводу, что городище не имеет слоя XII в., и предложил считать древнерусским Воротынском XII—XIII вв. крупное древнерусское городище у с. Спас на левом берегу Оки, в 2 км выше устья Угры. На новое место Воротынск был перенесен, по мнению исследователя, в XIV в.14 Однако раскопки 1954 г. были небольшими, новая локализация не была подтверждена топонимическими данными, и на исторических картах XII—XIII вв. Воротынск оставался на прежнем месте15. Более обширные раскопки 1975 г. подтвердили выводы П.А. Раппопорта, но руководившая раскопками Т.Н. Никольская, допуская возможность того, что древнерусский слой мог быть уничтожен при строительстве укреплений XIII—XIV вв., не решилась отказаться от общепринятой локализации16. Вместе с тем проверка исторической преемственности Воротынска XII в. и Воротынска послемонгольского времени показывает, что еще в конце XV в. были известны «два Воротынска, старой да новой», сожженные Ахматом при отступлении от Угры17. Это дает надежное основание считать, что Воротынское городище оставлено Новым Воротынском. Вопрос о местоположении Старого Воротынска следует считать открытым, так как гипотеза П.А. Раппопорта о городище у с. Спас (Спас-Городок) пока не находит топонимического подтверждения.

Приведенный пример заставляет обратить внимание на возможные уязвимые места локализаций Мосальска и Серенска, ибо они являются основными ориентирами для определения района нахождения Уполозов.

Существует мнение, что в 1231 г. был осажден не Мосальск, а Можайск (ныне районный центр Московской обл.), который якобы принадлежал Черниговскому княжеству. Возникновение ошибки объясняется тем, что для рассмотрения событий 1231 г. бралась Никоновская летопись XVI в. или еще более поздние своды, а не древнейшая, сохранившаяся до наших дней харатейная Новгородская I летопись старшего извода, где интересующие нас события изложены в той ее части, что написана почерком XIII в. Текст Никоновской летописи «и пожже Шернескъ и стоявъ под Можайскомъ, паки возвратися вспять...» вполне очевидно восходит в конечном счете к Новгородской I летописи младшего извода, в списках которой читалось «под Мосаиском» (см. выше). Этот вариант легко трансформировался в «Можайском»18. Указанная ошибка впервые фиксируется в «Истории» В.Н. Татищева и повторяется затем в краеведческой19 и справочной литературе20, причем в некоторых авторитетных справочных изданиях первое летописное упоминание Можайска и Мосальска датируется одинаково 1231 г.21 В исторической и историко-географической литературе, начиная от Н.М. Карамзина, это ошибочное мнение не разделялось22.

Вместе с тем обращает на себя внимание то, что Мосальск стоит на р. Можайке (вариант: Можай), правом притоке р. Рессы (правый приток Угры) так же, как и Можайск на Можайке (варианты: Можай, Можая), правом притоке р. Москвы, т. е. по формальному признаку следует считать это название образованным от названия реки при помощи суффикса -ьскь. В.А. Никонов приводит два объяснения топонима «Можайск» из балтских языков: одно связывает название города с литовским mazas — «малый», другое, более правомерное, по мнению исследователя, — с латышским «mezs» — «лес»23. Учитывая то, что в бассейне Оки есть еще одна речка Можайка (Можай), правый приток Оки (ниже устья Упы)24, более верным представляется связать название всех трех небольших речек с литовским mazas. Возможно, ошибка «Мосаиск» была не случайной, а отражала реальный вариант произношения названия Мосальска.

Нет необходимости останавливаться на многих упоминаниях Мосальска в XV—XVII вв. Отметим лишь, что Книга Большому Чертежу указывает «Мосалеск» не на Можайке, а на Рессе. Это указание, очевидно, вызвано тем, что запись сделана с карты, на которой Можайка названа Рессой, а современная Ресса (приток Угры) обозначена как Серпея (левый приток Рессы, выше Можайки): «река Реса течет в реку в Серпею...», «а под Серпеиским река Серпея, потекла река Серпея в ночь в реку в Угру»25.

Культурный слой Мосальского городища, расположенного на левом берегу Можайки, был значительно нарушен при строительстве Пятницкой церкви, городище не было достаточно изучено26. Археологическое подтверждение локализации Мосальска дали раскопки 1978 г., когда была вскрыта часть укреплений города, найдена древнерусская керамика и обломки стеклянного браслета27.

Расположенный приблизительно в 35 км к юго-востоку от Мосальска Серенск, в отличие от Мосальска, упоминается летописью еще до 1231 г. Однако именно с вопросом о первом упоминании Серенска связаны некоторые разногласия среди исследователей.

Во-первых, до сих пор за Серенск принимается Нериньск черниговского фрагмента статьи 6655 г. Ипатьевской летописи28. Это происходит в тех случаях, когда в качестве основного источника принимается текстуально сходный рассказ Воскресенской летописи, где вместо «Нериньску» стоит: «Серенску». Однако это несомненно поздняя ошибка, так как в аналогичном тексте использованного при составлении Воскресенской летописи Московского свода 1479 г. читается «к Нериньску», «у Ниреньска»29. Н.С. Арцыбашев, принимая вслед за Н.М. Карамзиным чтение «Серенску» в статье 1147 г, отмечал, что этот Серенск, в отличие от Серенска 1231 г., следует искать на Оке30, т. е. предполагал существование двух Серенсков. Правильное чтение было указано М.П. Погодиным. Н.И. Надеждин и К.А. Неволин отметили упоминание Нериньска в «Списке городов русских дальних и ближних» и предложили искать Нериньск в устье Нары31. А.Н. Насонов верно определил положение этого городка в правобережье Оки, однако точно локализовать этот пункт пока не удается32. В последнее время чтение Воскресенской летописи принято в работах Т.Н. Никольской. Однако, приводимая аргументация внутренне противоречива. Например, признается локализация Нериньска на правом берегу Оки и, вместе с тем, принимается чтение «Серенску» вместо «Нериньску»33.

Во-вторых, действительно первое летописное упоминание Серенска было упущено из виду историками-географами, в том числе первоначально и автором этих строк34. Оно находится в Летописце Переяславля Суздальского под 6716 г. при описании событий 1207 г., когда по приказу Всеволода Большое Гнездо Серенск был сожжен35.

Образованное от балтийского по происхождению гидронима «Серена»36 (левый приток Жиздры), название «Серенск» не уникально, что несколько осложняет локализацию. На картах XIX в. можно встретить с. Сиренек (чаще: Сиренское, Серенское)37 на правом берегу Протвы, в 7 км ниже г. Вереи (ныне Наро-Фоминский район Московской обл.). Это сельцо известно с 1536 г. как Серенское (владение московского Симонова монастыря)38. Однако Протва хорошо обследована, и близ с. Серенского нет городища. Известны также р. Серена (Серененка, Серенейка) — правый приток Беспуты и р. Серена (Серенга) — левый приток Мутенки (впадает в Оку справа после Беспуты, выше г. Каширы)39.Однако они далеко отстоят от Мосальска и представляют интерес лишь как топонимические параллели.

Главным подтверждением локализации Серенска являются результаты довольно обширных работ Верхнеокской экспедиции на городище в д. Серенске (правый берег Серены, общая площадь городища 4 га). Серенск был незаурядным ремесленным центром (кузнечное, ювелирное ремесла, мастерская по изготовлению стеклянных браслетов)40. Серенск, как выясняется, был одним из наиболее значительных городов в черниговских «Вятичах», что и объясняет походы на него. Овладение Серенском реально угрожало центральным владениям Черниговского княжества. Во всяком случае, походы на Серенск дают основания предполагать, что в первой трети XIII в. достаточно ясно наметился путь через Серенск, известный в XVI в.: Москва — Боровск — Ярославец — Калуга — Воротынск — Серенск — Брянск — Почеп и далее «до тех городов до Северских» (Стародуб, Новгород-Северский и др.)41.

Очевидно, где-то в начале этого пути и следует искать интересующие нас Уполозы.

При определении района нахождения Уполозов важно выяснить обстоятельства начальной стадии событий осени 1231 г. Чем было вызвано «стояние» в Уполозах и как объяснить возвращение Юрия Всеволодовича во Владимир? Здесь возможны лишь в разной степени гипотетические суждения. При этом некоторый интерес представляет собой факт участия в походе новгородцев, засвидетельствованный Новгородской I летописью. Он позволяет предполагать, что, скорее всего, Уполозы — место соединения союзных дружин. Возможно, участие новгородцев в походе и количество представленных Новгородом сил вызывало сомнения у владимирских князей (Новгород в 1231 г. перенес жестокий голод), с прибытием же новгородцев Юрий мог позволить себе вернуться во Владимир. Вероятно, участив Юрия в походе было демонстративным, ибо именно он мирил своего шурина Михаила с Ярославом в конце 1230 г. Нельзя исключить и возможность новой вспышки разногласий между Юрием, с одной стороны, Ярославом и ростовскими Константиновичами, с другой42.

Южным пределом района нахождения Уполозов следует считать границы Черниговской земли, так как промедление в начале военных действий дало бы возможность черниговцам приготовиться к обороне. С севера район поиска нужно ограничить полосой сообщения Москвы и Волока Ламского, ибо новгородцы шли, скорее всего, через Торжок на Волок (это путь Михаила Всеволодовича из Брына на Торжок в марте 1229 г. и его сына Ростислава из Торжка в Чернигов в декабре 1230 г); не исключено и продвижение новгородцев Селигерским путем: так шел Святослав Трубчевский в 1232 г.43

Таким образом, район поиска включает в себя почти весь юго-западный сектор нынешней Московской обл. Топонимы, тождественные летописному, сохранились в писцовых книгах XVI—XVII вв. — их два. Первый (погост Уполозы на Клязьме, в волости Вохна, восточнее современного г. Павловский Посад) находится восточнее района поиска44. В нашем районе обнаруживается с. «Уполозы на р. Москве», «село Уполозье, Архангельское тоже» (две трети его принадлежали в 1584 г. А.И. Уполотцкому) в Горетовском стане Московского уезда. Ныне это музей-усадьба Архангельское, где известны следы древнерусского поселения45. В ином случае подобные данные были бы достаточны для надежной локализации, но обширность ориентировочного района нахождения обязывает охарактеризовать все поселения со сходными названиями. Объяснение наименования «Уполозы» в литературе не встречено. Возможно, это топонимизированный местный географический термин, связанный с рельефом местности, от «полог» — «склон»46, образованный по типу топонима «Услони» XVIII в. (современное с. Услонь, Подольский район Московской обл.) от «услон, усклонь» — «небольшой спуск», «подъем, покатость»47. Во всяком случае, славянский характер топонима «Уполозы» не вызывает сомнения, так как он встречен в различных регионах восточнославянской территории. Известны Упалосская дорога около Рыльска, на Сейме; Уповзний потік (левый приток Черного Черемоша, в Карпатах)48. Предполагаемое объяснение соответствует положению Архангельского на высоком берегу р. Москвы.

Бесспорные однокоренные параллели есть неподалеку от района поиска. На р. Воре, в 37 км от Гжати (ныне г. Гагарин) встречаем «с. Выполозы, Уполозы тож»49, а в Брянском уезде (1596 г.) — р. Уполозну (Полозну), левый приток Рессеты50. Следовательно, нельзя исключить возможность трансформации летописных Уполозов через Выполозы или Полозы в Выползово — Полозово. В нашем районе нахождения по источникам XVI в. обнаруживаются с. Полозово на р. Молодильне (левый приток Москвы, Рузский район) и пустошь Выползова на р. Рудице (правый приток Малгуши, Истринский район)51. По данным же XIX в. известны: д. Летова-Выползово (по писцовым книгам — Летова, Глухово, Численное) и с. Выползово (ныне в черте г. Подольска). По археологическим публикациям в этих пунктах древнерусские поселения не обнаружены. Поэтому локализацию летописного селения Уполозы на левом берегу Москвы-реки (Архангельское) можно считать верной. Учитывая близость Уполозов к Москве, их несомненно следует относить к территории Владимиро-Суздальского княжества.

Примечания

1. Насонов А.Н. «Русская земля» и образование территории Древнерусского государства. М., 1951. С. 64—65, 160—161, 184—185 (вклейки).

2. Ср.: Алексеев Л.В. Устав Ростислава Смоленского 1136 г. и процесс феодализация Смоленской земли // Słowianc w dziejach Europy. Poznań, 1974. С. 104—105 (вклейка); Он же. Смоленская земля в IX—XIII вв. М., 1960. С. 41. Рис. 4, 44—46, 52, 60—62; Седов В.В. Смоленская земля // Древнерусские княжества X—XIII вв. М., 1975. С. 250—251, 255—257; Кучкин В.А. Ростово-Суздальская земля в X — первой трети XIII вв.: (центры и границы) // ИСССР. 1969. № 2. С. 64, 78, 92; Зайцев А.К. Черниговское княжество // Древнерусские княжества X—XIII вв. С. 80—81 (вклейка); Юшко А.А. О некоторых волостях и волостных центрах Московской земли XIV в. // Древняя Русь и славяне. М., 1978. С. 282—284.

3. Насонов А.Н. «Русская земля»... С. 233.

4. Московский летописный свод конца XV в. // ПСРЛ. Т. 25. М.; Л., 1949. С. 446.

5. Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. М., 1963. С. 108.

6. Лаврентьевская летопись // ПСРЛ. Т. 1. 2-е изд. Вып. 2. Л., 1926. Стб. 459.

7. НПЛ. М.; Л.. 1950. С. 71, 280. В скобках указан вариант Комиссионного, Академического и Троицкого списков НПЛ младшего извода.

8. Карамзин Н.М. История государства Российского. 5-е изд. И. Эйнерлинга. Кн. 1. Т. 3. СПб. 1842. Стб. 158. Прим. 337.

9. Насонов А.Н. «Русская земля»... С. 227; ср.: Погодин М.П. Исследования, замечания и лекции по русской истории Т. 4. М., 1850. С. 253—254; Барсов Н.П. Материалы для историко-географического словаря России: географический словарь Русской земли (IX—XIV ст.). Вильна, 1865. С. 127, 184.

10. Ипатьевская летопись // ПСРЛ. Т. 2. СПб., 1908. Стб. 479.

11. Рыбаков Б.А. Русские карты Московии XV — начала XVI в. М., 1974. С. 87—88, 93, 97—102, 110—111.

12. Списки населенных мест Российской империи (далее: СНМ). Т. 15. Калужская губерния. СПб., 1863. С.З.

13. Карамзин Н.М. История государства Российского. Кн. 1. Т. 2. Стб. 163; Насонов А.Н. «Русская земля»... С. 223.

14. Раппопорт П.А. Укрепления раннеславянских городищ // КСИИМК. Вып. 71. М., 1958. С. 16; Он же. Очерки по истории военного зодчества Северо-Восточной и Северо-Западной Руси X—XV вв. // Материалы и исследования по археологии СССР. № 105. М.; Л., 1961. С. 33, 65—66, 102—104, 344 (№ 35).

15. Зайцев А.К. Черниговское княжество. С. 80—81; Он же. Домагощ и границы «Вятичей» XII в. // Историческая география России XII — начало XX в. М., 1975. С. 28. Недалеко от Воротынского городища на правом берегу Выссы был известен древнерусский клад (Маслов Н.М. Льговский клад // КСИИМК. Вып. 23. М.; Л., 1948. С. 105—107), что давало некоторые основания ожидать при более обширных раскопках выявление древнерусских слоев.

16. Никольская Т.Н. Воротынск // Древняя Русь и славяне. С. 120, 126—127; Она же. Земля вятичей. К истории населения бассейна верхней и средней Оки в IX—XIII вв. М., 1981. С. 63, 164—167, 175—176.

17. Вологодско-Пермская летопись // ПСРЛ. Т. 26. М.; Л., 1959. С. 273. О «Повести о прохождении Ахмата» в составе этой летописи см.: Тихомиров М.Н. Русское летописание. М., 1979. С. 149, 152—153; Назаров В.Д. Конец золотоордынского ига // ВИ. 1980. № 10. С. 111—112.

18. ПСРЛ. Т. 1. Вып. 3. Л., 1928. Стб. 512; Т. 4. 2-е изд. Вып. 4. 1. Пг., 1915. С. 212; Т. 10. СПб., 1885. С. 102—103. Ср. Татищев В.Н. История Российская. Т. 3. М.; Л., 1964. С. 227; Т. 4. М.; Л., 1964. С. 370; Класс Б.М. Никоновский свод и русские летописи XVI—XVII веков. М., 1980. С. 153—156.

19. Власьев Н.И. Можайск в сю прошлом // Можайский уезд Московской губернии. Можайск, 1925. С. 4; Косточкин В.В. Старым Смоленским трактом. М., 1972. С. 24—26; Федорова О.В., Ушаков В.К., Федоров В.Н. Можайск. М., 1981. С. 3 (книга издана к 750-летию Можайска).

20. Все Подмосковье. Географический словарь Московской области. М., 1969. С. 177; СИЭ. Т. 9. С. 548.

21. Семенов П.П. Географическо-статистический словарь Российской империи. Т. 3. СПб., 1867. С. 284, 314; БСЭ. 3-е изд. Т. 16. Стб. 1223; Т. 17. Стб. 2.

22. Карамзин Н.М. История государства Российского. Кн. 1. Т. 3. Стб. 158. Прим. 37; Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Кн. 2. Т. 3—4. М., 1960. С. 125; Барсов Н.П. Материалы для историко-географического словаря России. С. 125, 127; Указатель к первым восьми томам ПСРЛ. Отд. 2. СПб., 1907. С. 205, 238; Насонов А.Н. «Русская земля»... С. 166; Тихомиров М.Н. Древнерусские города. М., 1956. С. 42.

23. Никонов В.А. Краткий топонимический словарь. М., 1966.

24. Смолицкая Г.П. Гидронимия бассейна Оки. М., 1976. С. 45 // ИЗ. Т. 132.

25. Книга Большому Чертежу. М.; Л., 1950. С. 56, 119.

26. Никольская Т Н. Земля вятичей... С. 153—155.

27. Фролов И.К., Стусова И.Е., Пеньковиков В.И. Работа Среднерусской экспедиции // АО 1978 г. М., 1979. С. 103.

28. ПСРЛ. Т. 2. Стб. 340—341; Насонов А.Н. История русского летописания XI — начала XVIII века. Очерки и исследования. М., 1969. с. 106.

29. Летопись по Воскресенскому списку // ПСРЛ. Т. 7. СПб., 1856. С. 38—39; Т. 25. С. 39—40.

30. Карамзин Н.М. История государства Российского. Кн. 1. Т. 2. Прим. С. 127. Прим. 302; Арцыбашев Н.С. Повествование о России. Т. 1, кн. 2. М., 1838. С. 100. Прим. 649.

31. Погодин М.П. Исследования, замечания и лекции по русской истории. С. 226; НПЛ. С. 476. В устье р. Нары, на левом берегу городище обнаружить не удалось: Никольская Т.Н. Земля вятичей... С. 136. Прим. 55.

32. Насонов А.Н. «Русская земля»... С. 268. Топоним «Нериньск» образован от гидронимической основы балтского происхождения Нер-, Нор-, Нар-, при помощи топографического суффикса -ьскъ (Роспонд С. Структура и стратиграфия древнерусских топонимов // Восточнославянская ономастика. М., 1972. С. 66. Неринск ошибочно указан на Волыни). Ближайшим к переправе близ устья Протвы топонимическим ориентиром поиска является расположенное на правом берегу Оки, ниже устья Нары оз. Нерпетское, Нерепское, Неревское (Смолицкая Г.П. Гидронимия бассейна Оки. С. 141). Это озеро расположено в довольно густозаселенном в XII—XIII вв. районе. Ближайшие к нему городища — Спас-Тешилово и Леоново (см., например, карты: Никольская Т.Н. Земля вятичей... Рис. 1, 1а, № 190, 206, вклейка между С. 10—11).

33. Никольская Т.Н. К исторической географии земли вятичей // СА. 1972. № 4. С. 159. Рис. 1; 161—162; Она же. Земля вятичей... С. 136—137. Прим. 137.

34. Зайцев А.К. Черниговское княжество. С. 111. Ср.: Он же. Черниговское княжество X—XIII вв.: (историко-географическое исследование): Автореф. дис.... канд. ист. наук. М., 1976. С. 23.

35. Летописец Переяславля Суздальского, составленный в начале XIII века / Изд. М. Оболенским. М., 1851. С. 108; Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. С. 349; Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Кн. 1. М., 1959. С. 594; Кн. 2. С. 641). С.М. Соловьев справедливо считал, что этот поход был предпринят в отместку за изгнание Ярослава Всеволодовича из Переяславля-Русского Всеволодом Чермным.

36. Топоров В.Н. «Baltica» Подмосковья // Балто-славянский сборник. М., 1972. С. 274.

37. СНМ. Т. 24. Московская губерния. СПб., 1862. № 1516.

38. Ивина Л.П. Крупная вотчина Северо-Восточной Руси конца XIV — первой половины XVI в. Л., 1979. С. 153, 194.

39. Смолицкая Г.П. Гидронимия бассейна Оки. С. 31, 145, 147.

40. Основные сведения и литературу по археологии Серенска см.: Никольская Т.Н. Земля вятичей... С. 138—141, 219—224, 226—229 и др.

41. Грамота Ивана IV 1564 г. с подтверждениями 1569 и 1598 гг., где указан этот путь, в последний раз упоминает о Серенске как о более или менее значительном городе.

В XVII в. путь «от Калуги до Брянска через Брынский лес» (160 верст) отклоняется к Мещевску // АФЗХ. Ч. 3. М., 1961. С. 359; Книга Большому Чертежу. С. 56 (Серенск Книге Большому Чертежу уже неизвестен).

42. Напомним, что в 1225 г. именно по решению Юрия в Новгороде впервые вокняжился Михаил; в 1229 г. назревал конфликт между Юрием и Ярославом, разрешившийся примирением на княжеском съезде 7 сентября 1229 г; в сентябре 1230 г. Михаил Всеволодович намеревался выступить с новгородцами в поход на Ярослава (шел спор из-за Волока Ламского) и, возможно, Юрий гарантировал мир Михаила с Ярославом, также готовившимся к походу на Михаила. НПЛ. С. 64, 268; 70, 278; ПСРЛ. Т. 1. С. 451—452, 455—456.

43. НПЛ. С. 67, 274; 70, 278; 71, 278; 76, 288.

44. ПКМГ. Ч. 1. Отд. 2. СПб., 1877. С. 89, 288.

45. Там же. С. 141; Холмогоровы В.И. и Г.И. Исторические материалы о церквах и селах XVI—XVIII ст. Вып. 3. Загородская десятина. М., 1868. С. 109—111; Веселовский С.Б. и др. Подмосковье. Памятные места в истории русской культуры XIV—XIX вв. М., 1962. С. 248; Успенская А.В., Фехнер М.В. Указатель к карте «Поселения и курганные могильники Северо-Западной и Северо-Восточной Руси X—XIII вв.» // Очерки по истории русской деревни X—XIII вв. М., 1956. (Труды ГИМ. Вып. 32.) С. 166. № 163.

46. Ср.: на р. Вопи, притоке Днепра, к юго-востоку от с. Духовщины — с. Пологи; «фольварк на Пологах» был завещан П. Могилой Печерскому монастырю: Новицкий И.П. Указатель имен географических: (материалы для исторической географии Южной и Западной России). Т. 2. Киев, 1882. С. 636.

47. Горбаневский М.В. Опыт составления топонимического словаря Московской области // Проблемы восточнославянской топонимии. М., 1979. С. 108.

48. Ефременко С.Н. Топография Рыльского уезда XVII в.: (по архивным материалам Курского Губмузея) // Известия Курского губернского общества краеведения. № 6. 1927 г. Курск, 1928. С. 66; Словник гідронімів України. Київ, 1979. С. 580.

49. СИМ. Т. 11. Смоленская губерния. СПб., 1868. № 4034.

50. Шумаков С.[А.] Сотницы, грамоты и выписи. Вып. 1 // ЧОИДР. 1902. Кн. 2. С. 192, 194; Смолицкая Г.П. Гидронимия бассейна Оки. С. 33.

51. ДДГ. М.; Л., 1950. С. 386; ПКМГ. Ч. І. Отд. І. СПб., 1872. С. 103.

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика