Александр Невский
 

Глава 1. Германцы в святой земле: истоки ордена тевтонских рыцарей

Как и большинство христиан Запада, германцы еще в раннем Средневековье отправлялись в паломничество в Святую землю — в Иерусалим. Как и другие паломники, они либо плыли морем, садясь на корабли в итальянских портах Средиземного моря, либо шли пешком, выбрав самый длинный путь, проходивший через Венгрию, Византийскую империю, Анатолию и Сирию, и после длительных странствий прибывали в конечный пункт своего пути — Иерусалим. Пеший путь был крайне опасен, особенно в XI в., когда Малую Азию захватили турки-сельджуки, а Палестина, номинально оказавшись во власти враждующих эмиров, стала опасной зоной. Таким образом, в 1065 г. десятки тысяч германских паломников под предводительством епископа Бамбергского Гюнтера были истреблены бедуинами сразу по прибытии на Святую землю.

Ситуация, возникшая с установлением власти турок над Малой Азией и Ближним Востоком, была одной из причин, по которой папа римский Урбан II призвал в 1095 г. рыцарей и правителей Западной Европы к крестовому походу — оправиться освобождать святыни в Палестине от гнета неверных. Он возобновил, и на этот раз успешно, проект папы Григория VII (1073—1085), который тот пытался воплотить в жизнь, получив от христиан Востока мольбу о помощи.

Отозвались, главным образом, рыцари королевства Франции и ее южных краев, а также юга Италии: все они стали участниками Первого крестового похода. Этот крестовый поход, где «франков» было большинство, закончился 14 июля 1099 г. взятием Иерусалима. С тех пор арабское население стало называть «франками» всех западноевропейцев. Немецкие рыцари, которых, правда, было немного, в свою очередь попытались (в 1101 г.) попасть в Святую землю: но поскольку они выбрали сухопутный маршрут, турки перебили большинство из них во время перехода через Малую Азию; все же некоторые, почти без сил, добрались до Сирии, где крестоносцы создали Антиохийское княжество.

В XII в. немецкие пилигримы вновь взяли курс на Иерусалим, но уже по морю: сойдя на берег в гаванях палестинского побережья, они отправлялись в конечный пункт своего паломничества. Однако путь был долгим и изнурительным, поэтому далеко не все добирались до Иерусалима. Жара, эпидемии, тяжелые раны, полученные в стычках с разбойниками и вражескими мусульманскими отрядами, требовали создания странноприимного дома для паломников. Надо было помочь немецким пилигримам, оказавшимся в тяжелом положении, осознание этого и привело к учреждению милосердных организаций, от которых в дальнейшем и произошел орден тевтонских рыцарей.

* * *

Германское присутствие на Святой земле в течение долгого времени было довольно скромным. Историки относят к 1198 г. дату превращения в военный орден монашеской организации, созданной в XII в. с целью оказания помощи немецким крестоносцам, оказавшимся в трудном положении. Это учреждение было известно как госпиталь Святой Марии Иерусалимской.

Когда и при каких условиях было основано этот первое милосердное заведение, призванное помогать германцам? По этому поводу существуют самые разные мнения. Отсутствие или неточность источников практически не позволяет установить, что является правдой в легендах и тайнах, которыми окутано создание госпиталя Святрй Марии Иерусалимской. Порою за точку отсчета берут великодушный поступок одного немецкого купца, вероятно, родом из Бремена или Любека, осевшего с женой в Святой земле в конце XI столетия. Он якобы приютил в своем доме германского рыцаря, который, получив тяжелую рану во время штурма крестоносцами Иерусалима в 1099 г., замертво рухнул на одной из улиц старого города. Супруги взяли на себя заботу о раненом рыцаре и вернули его к жизни. В последующие годы они взялись помогать больным или раненым соотечественникам, будь то рыцари или простые паломники. С согласия патриарха Иерусалима Стефана это неофициальное милосердное учреждение превратилось в настоящий госпиталь с пристройкой для жилья, в некотором роде гостиницу для германских паломников, вверенное покровительству святой Девы Марии Иерусалимской. Госпиталь и средства, которые щедрые супруги завещали после смерти братьям, т. е. монахам, стал с тех пор именоваться госпиталем Святой Марии Немецкой в Иерусалиме.

Документ, достоверность которого ставится под сомнение, выданный папой Целестином II 9 декабря 1143 г. и упомянутый в булле «Ex parte dilectorum» папы Григория IX от 17 августа 1229 г. вроде бы подтверждает, что этот госпиталь передан в ведение ордена госпитальеров Св. Иоанна; правда, подразумевалось, что госпиталь Святой Марии должен иметь приора германского происхождения. В архивах департамента Буш-дю-Рон сохранилась копия текста буллы Целестина П. Если допустить достоверность документа, то он действительно подтверждает существование странноприимного дома, основанного упомянутым немецким купцом и его супругой. Существование госпиталя Св. Марии подтверждено отрывком из текста историка Жака де Витри, спустя столетие ставшего епископом Акры. В своей «Восточной истории», в книге I, которая охватывает период до 1193 г., хронист упоминает об этом событии:

«Тогда как после освобождения Святой город был населен христианами и многочисленных германских паломников, приезжавших в Иерусалим, понимали, ведь они разговаривали на родном языке, Божией милостью один достойный и благочестивый немецкий купец, проживавший в городе с супругой, основал на свои собственные средства приют, предназначенный для бедных и больных германцев. Поскольку множество его соотечественников обращались только к нему, так как говорили на одном с ним языке, то, с согласия патриарха, он построил часовню рядом с приютом во имя Пресвятой Марии, Матери Божией. И тогда многие люди, прежде всего германцы, отказались от своего добра и, побуждаемые любовью к ближнему и самоотверженностью, посвятили себя служению людям». Мариан Тумлер предлагает принять дату «1118 год», предложенную Жаком де Витри, хотя не исключает дату более позднюю — 1128 г. Если принять дату 1118 г., то формально не окажется противоречий с легендой об акте милосердия со стороны супружеской пары, приютившей у себя рыцаря, которая впоследствии — приблизительно двадцать лет спустя — создала милосердное заведение.

Меньшее, что теперь можно сказать, — то, что об истоках изначальной организации госпиталя Св. Марии Немецкой в Иерусалиме известно очень немногое. Зато достоверно, что в середине XII в. в Иерусалиме существовал госпиталь и дом для помощи и лечения германских паломников; при нем состоял немецкий приор, а само учреждение было вверено власти госпитальеров ордена Св. Иоанна.

Орден госпитальеров берет начало от госпиталя Св. Иоанна, основанного в Иерусалиме в 1070 г. торговцами из Амальфи, дававшего приют и заботившегося о бедных пилигримах. Его основатель, Мауро ди Панталеоие, организовавший такой же госпиталь в Антиохии, умер в 1071 г.; дальше его финансово поддержала амальфийская община. Этот госпиталь-приют находился в квартале Муристан между базарной улицей и церковью Гроба Господня. Во время Первого крестового похода наставник общины Св. Иоанна, некий Жерар, передал информацию осаждающим и тем самым облегчил крестоносцам взятие Святого города. В начале XII столетия госпиталь был преобразован в монашеский орден, который стал называться орденом Госпиталя Св. Иоанна, После смерти блаженного Жерара 3 сентября 1120 г. орден госпитальеров стал одним из самых влиятельных на Святой земле и официально признанным папой. При его преемнике магистре ордена Раймонде де Пюи орден постепенно, с 1137 г., помимо благотворительной деятельности начинает заниматься и военной. Орден принимает активное участие в военных действиях, правда, на первых порах оборонительного характера. К трем традиционным обетам: бедности, целомудрию и смирению, которые приносили обычные монахи, госпитальеры прибавляют еще один — защищать Святую землю с оружием в руках от неверных. Они должны были обеспечивать защиту паломников, посещающих различные святыни. Однако госпитальеры никогда не отказывались от своего первого предназначения; они были распределены по командорствам и приорствам, которые, в свою очередь, делились на «нации», или «языки». «Язык Прованса» занимал почетное место, поскольку то был язык учредителя ордена госпитальеров, Жерара. Госпитальеры основали приорат в Европе, в Сент-Жиль-дю-Гар, откуда отправлялись в Святую землю паломники южной Франции. Вероятнее всего, вследствие деления на «языки», госпиталь Святой Марии Немецкой был присоединен к ордену госпитальеров Св. Иоанна и отдан под их под опеку.

Постепенная милитаризация госпитальеров Св. Иоанна не была чем-то исключительным в XII столетии в Иерусалимском королевстве. Очевидно, это превращение монашеского ордена, занимавшегося благотворительной деятельностью, в военный орден произошло по примеру ордена тамплиеров. Орден тамплиеров, истоки которого так же малоизвестны и окружены тайной, как и тевтонского, возник как военный орден в 1118—1119 гг. под названием «Орден бедных рыцарей Христовых». Согласно историку Жаку де Витри, «они дали патриарху Иерусалимскому торжественную клятву, что будут защищать паломников от разбойников и грабителей, охранять дороги и служить государю как рыцари... Во главе ордена встали Гуго де Пейен и Годфруа Сент-Омер. <...> Король Балдуин поселил их в своем дворце, построенном на развалинах Храма Соломонова. <...> Позже их стали звать тамплиерами». Во время церковного собора в Труа в 1128 г. в присутствии папского легата, а возможно, и самого святого Бернара Клервоского, тесно связанного с Гуго де Пейеном, тамплиеры получили от папы Гонория II (1124—1130) устав ордена, составленный в подражание бенедиктинского устава; в нем оговаривались и военные обязанности тамплиеров.

По сравнению с госпитальерами Св. Иоанна и тамплиерами, братья госпиталя Святой Марии Иерусалимской занимали весьма скромное место, да и о деятельности их в первое десятилетие существования, в принципе, мало что известно. Однако братья госпиталя Святой Марии Немецкой продолжали оказывать помощь паломникам германского происхождения. Последних было, без сомнения, намного меньше, чем тех, кто приезжал из Франции или Италии. После Второго крестового похода 1147—1148 гг. под предводительством императора Конрада III и некоторых членов его семьи, среди которых были его братья — епископ Оттон Фрейзингенский и герцог Генрих Австрийский, — племянник Фридрих Швабский, будущий Фридрих Барбаросса, и многочисленные германские рыцари (из них надо выделить маркграфа Германа Баденского), немцы стали все чаще и чаще отправляться воевать в Палестину. Но лишь после Третьего крестового похода немцы прочно закрепились на Святой земле.

После взятия Иерусалима Саладином 30 сентября 1187 г. братья госпиталя Святой Марии, так же как госпитальеры и тамплиеры, вынуждены были уехать из города и искать убежища. Мы мало знаем об условиях этих поисков и о местах, где они могли бы найти пристанище; но, без сомнения, они укрылись в одном из странноприимных домов госпитальеров, оставшихся под контролем христиан. В очередной раз отсутствие достоверных свидетельств не дает нам возможности утолить свой информационный «голод».

* * *

Волнение во всем христианском мире, вызванное падением Иерусалима, вынудило папу Григория VIII обратиться ко всем правителям Запада с призывом к новому крестовому походу, но лишь его преемник Климент III (1187—1191) стал настоящим организатором Третьего крестового похода. Император Фридрих I Барбаросса был первым среди монархов, отозвавшихся на призыв папы во время сейма, состоявшегося в Майнце в марте 1188 г. Вскоре король Англии Ричард Львиное Сердце и король Франции Филипп Август заявили о своем участии в походе. В 1189 г. Фридрих Барбаросса собрал мощную армию. Если верить хронистам того времени, император выступил в поход осенью 1189 г. с армией, состоящей из шестидесяти тысяч рыцарей и трехсот тысяч пехотинцев; эти цифры явно преувеличены, но они свидетельствуют о масштабности этого первого «немецкого крестового похода». Армия состояла из людей, прибывших из различных регионов империи. Рядом с императором и его младшим сыном находились самые известные представители немецкой знати — ландграф Герман I Тюрингский и Гессенский, множество епископов, рыцарей и их свит. К ним присоединялись простые паломники, пекущиеся о спасении своей души и надеявшиеся повысить славу германского имени при завоевании Святого города. Пройдя через Венгрию и Византийскую империю, армия Барбароссы подошла к Босфору и переправилась в Малую Азию; и тут возникли первые трудности, связанные с жарой, эпидемиями и непрерывными налетами турок. Император так и не добрался до Палестины. Переправляясь через горную речку Салеф в Киликии, он утонул 10 июля 1190 г.; в ту пору ему было почти семьдесят лет. Основные силы армии, следовавшие за императором, нашли его бездыханное тело на берегу реки. Воины, напуганные этим, как они считали, дурным предзнаменованием, едва не разбежались. Потребовались вся энергия и ловкость его сына, чтобы предотвратить разброд в армии. Войско отправилось в южном направлении, чтобы присоединиться к Ричарду Львиное Сердце, который уже достиг Палестины морским путем, отплыв из Сицилии.

Когда Барбаросса выступал в поход осенью 1189 г., другой германский отряд под командованием графа Гольштейнского под парусами направился к Святой земле и высадился под Акрой. Там германцы присоединились к христианам, которые осаждали этот город, захваченный Саладином в июле 1187 г. Осада Акры началась 29 августа 1189 г. и оказалась тяжелой и длительной. Потери с обеих сторон были значительными, среди крестоносцев кроме раненых было немало больных, пострадавших от эпидемий. В «Tabulae ordinis Theutonici» говорится, что тогда купцы Бремена и Любека, которые, по всей видимости, сопровождали войско Адольфа Гольштейнского, организовали полевой госпиталь для паломников и больных или раненых крестоносцев. Этот госпиталь был расположен, согласно «Tabulae», «за кладбищем Св. Николая между горой и рекой». Основание полевого госпиталя датируется периодом между 29 августа 1189 г., т. е. датой начала осады, и серединой сентября 1190 г., когда король Иерусалимский Ги де Лузиньян подписал хартию, даровавшую госпиталю право организовать странноприимной дом в Акре, после того как город будет захвачен. Вышеупомянутый документ называет «магистра Сибранда» главой госпитальной общины.

Этот полевой госпиталь, состоящий из палаток, изготовленных из парусов кораблей, на которых приплыли крестоносцы, работал все время, пока длилась осада. Когда войска Фридриха Швабского наконец прибыли к стенам Акры 7 октября 1190 г. и присоединились к осаждающим, многочисленные раненые и больные тотчас же были отправлены в этот госпиталь для лечения.

Не исключено, что среди тех, кто трудился в этом полевом госпитале, были и братья госпиталя Святой Марии Иерусалимской. Хотя не существует ни единого подтверждающего этот факт документа, знаменательно, что после того, как полевой госпиталь был переведен в Акру, он вновь стал именоваться госпиталем Святой Марии Немецкой в Иерусалиме.

Фридрих Швабский, тронутый самоотверженной заботой братьев госпиталя Святой Марии о раненых воинах, оказывал им всяческую поддержку и назначил главой общины капеллана Конрада, интендантом — Бурхарда, о чем свидетельствует «Naratio primordiis ordims Theutonici» («Повесть об истоках ордена тевтонцев»).

После взятия Акры 13 июля 1191 г., чей гарнизон не выдержал двухгодичной осады, полевой госпиталь перенесли в стены города, в здание, расположенное возле армянского госпиталя, поблизости от башни Св. Николая и резиденции патриарха.

Братья госпиталя Святой Марии Немецкой в Иерусалиме, ибо они продолжали носить это имя «с надеждой и верой, что основной госпиталь... может быть возрожден в святом городе Иерусалиме после его возвращения в лоно христианской веры», попытались с помощью покровительства Фридриха и империи освободиться от опеки госпитальеров и в свою очередь стать независимым орденом. Идентичность названий между бывшим странноприимным домом госпитальеров в Иерусалиме и новым госпиталем, созданным в Акре, говорит о преемственности обоих институтов. Для некоторых историков Тевтонского ордена, например Мариана Тумлера, преемственности между ними не существует; другие, например Вальтер Хубач и Курт Форстрейтер, наоборот, утверждают, что госпиталь, переведенный в Акру, напрямую связан с Иерусалимским госпиталем. Мария-Луиза Фавро занимает промежуточную позицию, признавая, что оба странноприимных дома работали рядом до 1229 г. На самом деле тезис преемственности представляется вполне вероятным.

* * *

Размещение братьев госпиталя Святой Марии в Акре ознаменовало начало тесной взаимосвязи между этим милосердным учреждением и Священной

Римской империей германцев. Помимо непосредственной поддержки Фридриха Швабского за спинами братьев замаячила тень нового императора Генриха VI (1190—1197). Благодаря щедрости короля Ги де Лузиньяна братья владели в Акре госпиталем, церковью и жилыми домами. Недоставало только официального признания их независимости.

Это признание братья госпиталя Святой Марии получили от папы Целестина III (1191—1198) благодаря вмешательству императора. В документе, датированном 2 февраля 1192 г., упоминается брат Жерар Герхард, названный «магистром германского госпиталя, действующего в Акре»: раз вместо слова «приор» употребляется слово «магистр», есть основание считать, что речь уже идет об ордене. Однако годом позже, в феврале 1193 г., граф Генрих Шампанский сделал дар «приору германского госпиталя, что в Акре». В документах, датированных октябрем 1194 г. и мартом 1196 г., также встречается имя «приора Генриха». Этого Генриха, как правило, отождествляют с Генрихом Вальпотом фон Бассенхаймом, первым великим магистром (гроссмейстером) Тевтонского ордена (с 1198 г.), который в 1193 г. вроде был всего лишь «приором» германского госпиталя.

Неясности относительно титула руководителя германского госпиталя показывают, до какой степени папство колебалось узаконить раскол между германским госпиталем и орденом госпитальеров Св. Иоанна. Однако с момента своего размещения в Акре братья госпиталя Святой Марии благодаря многочисленным и приносившим им прибыль дарениям стали финансовой силой, с которой нельзя было не считаться. Уже в 1193 г. они были в состоянии купить у короля Ги де Лузиньяна целый квартал в городе. Военный характер госпиталя Святой Марии проявился в том же году, когда король поручил им защиту барбакана, затем в 1198 г. защиту ворот Св. Николая, башни Шатр и королевского барбакана.

Госпиталь Святой Марии был предметом пристального внимания со стороны императора Генриха VI, преемника Барбароссы, и всех германских князей. Благодаря поддержке императора папа Климент III подтвердил повторное основание госпиталя 6 февраля 1191 г. Затем его преемник Целестин III буллой от 2 декабря 1196 г. окончательно санкционирует существование ордена Святой Марии Иерусалимской как монашеской общины, жившей по уставу Св. Августина и подчинявшейся только Святому престолу. В 1197 г. Генрих VI приступил к подготовке большого крестового похода с целью освободить Иерусалим; свыше двадцати князей империи, светских и церковных, ответили на его призыв, но смерть императора 28 сентября 1197 г положила конец планам крестоносцев. Однако находившиеся в Святой земле германские князья хотели получить официальное признание превращения этого монашеского ордена в орден военный, о чем объявили в 1198 г. на ассамблее, состоявшейся в Акре.

Именно папа Иннокентий III (1198—1216) окончательно прояснил ситуацию вокруг статуса ордена госпиталя Святой Марии. 19 февраля 1199 г. документ папской канцелярии уточнял, что орден будет починяться уставу ордена госпитальеров во всем, что касается их благотворительной деятельности; что до братьев-рыцарей, им надлежало подчиняться уставу тамплиеров и носить, как и они, белый плащ, но с черным крестом вместо красного креста рыцарей Храма.

К этому времени основанный таким образом орден владел, помимо своего главного дома в Акре, пятью другими домами на Святой земле — в Газе, Яффе, Аскалоне, Рамле и Замси. В 1197 г. орденские братья обосновались в Барлетте в Южной Италии, в Палермо на Сицилии, откуда в Палестину отплывало большинство германских паломников.

С этого времени уже можно говорить о Тевтонском ордене, поскольку, в отличие от двух существующих военно-монашеских орденов — госпитальеров и тамплиеров, — набор в орден и монашескую общину производился исключительно из германцев. Официальное название остается прежним — орден Госпиталя Святой Марии Немецкой в Иерусалиме и напоминает об иерусалимских истоках бывшего странноприимного дома Св. Марии. Но в обиход постепенно вошло название Немецкий орден (der Deutsche Orden), или орден тевтонских рыцарей (der Deutsche Ritterorden), Профессор Жан Ришар подчеркивает: «Тот факт, что немецкие рыцари объединились в ордене Святой Марии Тевтонцев — германском островке посреди франкоязычной страны, — указывает на изменения, которые приведут к денационализации населения Святой земли», до того сплоченного в единую «иерусалимскую нацию».

Распространение деятельности Тевтонского ордена вне Святой земли не ограничивалось Италией; затронуло и германский мир, где были основаны командорство Зоннтаг в Штирии и госпитали в Галле в Тюрингии в 1200 г., затем в Бозене (Бользано) двумя годами позже; в 1204 г. в Праге и Вене были созданы новые командорства, затем в 1207 г. в Рейхенбахе в Гессене, в 1209 г. в Нюрнберге, в 1210 г. в Айхахе и Регенсбурге в Баварии. В 1206 г. был основан госпиталь на Сицилии, в 1209 г. после Четвертого крестового похода тевтонские рыцари обосновались в Греции на юге Пелопоннеса.

Итак, Тевтонский орден на заре XIII столетия существовал самостоятельно наряду с двумя другими военно-религиозными конкурирующими орденами — госпитальерами и тамплиерами. Во главе его стоял великий магистр, избираемый генеральным капитулом. Первым великим магистром, избранным в 1198 г., был, как уже упоминалось выше, Генрих Вальпот фон Бассенхайм, которого можно идентифицировать как «приора Генриха», назначенного в 1193 г. госпитальерами; Генрих Вальпот, скорее всего, был выходцем из купеческой семьи города Майнца. Братья тевтонского ордена делились на три группы: рыцари, служители и священники. Все были связаны обетами бедности, целомудрия и смирения; но рыцари, братья-оруженосцы и слуги клялись обеспечивать защиту крестоносцев и паломников на пути в Святую землю.

Второй великий магистр ордена тевтонских рыцарей, Отто фон Керпен (1200—1206), как и Генрих Вальпот, был прежде госпитальером. Третий великий магистр — Генрих Барт (1206—1210), родом из Тюрингии, был первым из великих магистров, который никогда не был госпитальером. Именно при первых великих магистрах постепенно сложились орденские институты, которые с 1210 г. начнет упорядочивать великий магистр Герман фон Зальца.

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика