Александр Невский
 

Дискуссионные компоненты

Осуществить эмпирическое обобщение — выдвинуть по косвенным данным гипотезу социально-экологического кризиса в степях Золотой Орды оказалось много проще, чем выявить «механизм» самого кризиса. Здесь возникло много вопросов, разрешение которых способно пролить свет на многие явления и события, увидеть их в большей многогранности и с неожиданно открывающимися сторонами.

В данном случае, хотя кризисные социальные и политические явления хорошо просматриваются, они имеют некоторую неувязку во времени. Так, продвижение кочевий на север и отступление на север границы лесов происходят со второй половины XIII по XV век, зимовки скота в зонах рискованного скотоводства и миграция жителей южной степи на север на, так сказать, постоянное местожительство, приходятся на XV век, т. е. после разгрома Золотой Орды Тимуром в конце XIV в., а междоусобная политическая борьба («Великая замятия» 1360—80 гг.) имела место в XIV веке, правда, в менее острой форме продолжалась она и в XV в. вплоть до окончательного распада империи.

Конечно, напрашивается объяснение: замятия не решила проблем, демографические волны обусловили дальнейший рост населения, и началась миграция, принявшая после разгрома Золотой Орды Тимуром массовый и необратимый характер. Многогранность, комплексность кризиса, состоящего из политической, экономической, хозяйственной и экологической составляющих, как ничто другое не только ослабило государство перед лицом внешнего врага, но и создало условия для внутренних центробежных процессов — распада империи. Но такое объяснение умозрительно до тех пор, пока не доказана комплексность кризиса уже в первой половине XIV века, не определено начало кризиса и его спусковой механизм. Напомню определение понятия, данное лауреатом нобелевской премии физиком Джоржом Томсоном: «Существует обширная категория явлений, которую мы называем действиями спускового механизма, когда незначительная причина вызывает громадный эффект» (Томсон, с. 40). Итак, желательно найти ответ на вопрос: была ли Великая замятия, если не полностью, то в какой мере спровоцирована экологическим кризисом!

Короче говоря, если социальная компонента требуют уточнения (демографический рост и его динамику еще необходимо детально исследовать), то экологическая — дискуссионна. В том, что природа испытала мощное антропогенное воздействие — нет сомнений: лесостепь и лес домашние копытные потоптали, возможно, более основательно, чем «топчут хороший туркменский ковер». Но напомним, что социально-экологический кризис — это кризис одновременно природы и общества (Кульпин 1997, с. 67—90). Был ли кризис природы, т. е. переход ее на более низкий уровень самоорганизации, или порог природных рекреационных возможностей не был превзойден?

Здесь необходимо учитывать также, что «человек, воздействуя на экосистемы и отторгая часть вещества и энергии в производственный цикл, нарушает биотические круговороты, что неминуемо сказывается на состоянии окружающей среды. Как правило, она становится неблагоприятной для жизни человека. Однако вторичные биоценозы, возникающие на месте коренных в результате антропогенного воздействия, не всегда являются ущербными с точки зрения поддержания функций биотического круговорота» (Петров, с. 15). Так, превращение леса в лесостепь может не быть ущербным с точки зрения поддержания биотического круговорота.

Конечно, свидетельства экологического неблагополучия известны уже с того момента, когда начались раскопки Сараев. Тогда археологи увидели следы антидефляционных сооружений: «специалисты Золотой Орды... вели упорную борьбу с дефляцией песков вблизи городов, — писал Газиз Губайдуллин, — Движение барханных песков они останавливали рвами и закладывали на дно этих рвов бревна или воздвигали над рвами стены из саманного кирпича. Сарай был выстроен в районе дефляционных песков, что вынудило перенести столицу в другое место, туда, где почва была глинистой и не подвергалась движению» (Газиз, с. 59).

Противодефляционные сооружения, по мнению Игоря Иванова, недвусмысленно свидетельствуют о экологическом кризисе, если не о глобальном, то локальном: вблизи тех городов, где возводились рвы и стены против песков. Там степь превратилась в пустыню и, судя по всему, на довольно большом пространстве. Однако есть основания полагать, что пески, от которых защищался Сарай и другие города, не стали повсеместным явлением.

Во-первых, оба Сарая находились на левом берегу Волги, а Заволжье, особенно в нижнем течении, более засушливо и, следовательно, более уязвимо перед антропогенным давлением. Во-вторых, исследование, проведенное почвоведом И.В. Ивановым и археологом И.Б. Васильевым в районе Рын-песков в относительной близости от Сарая-Бату зафиксировало на XIV—XV вв. земледелие, в том числе садоводство, равновесное состояние пастбищных экосистем и лишь начальные признаки пастбищной дигрессии (Иванов 1995, с. 195).

При исследовании эволюции социоестественных процессов Золотой Орды особое значение имеет определение начального рубежа кризисного периода. Возможно, многое стало бы понятным при анализе взаимосвязи процессов природы и общества в первой половине XIV в., особенно условий, при которых состоялась эпидемия чумы. Современные исследования в Азербайджане выявили следующую закономерность. В условиях, когда растительность не образует сплошного покрова (что для Южнорусской степи возможно при экологическом кризисе), распространители чумы — упомянутые выше песчанки, становятся полусинатропным видом (Крылова, с. 153). Разумеется, данная закономерность — лишь намек на взаимосвязь процессов в степи XIV в.

Другим «намеком» является современный социально-экологический кризис в Калмыкии, квалифицируемый ЮНЕП как экологическое бедствие. Калмыкия расположена на Правобережье Волги, в степях, вплотную примыкающих к местам сплошного заселения во времена Золотой Орды, где имели место богарное и орошаемое земледелие. Среди всех процессов, вызвавших современный кризис в Калмыкии, по значимости негативного воздействия на среду выделяются следующие:

1) перевыпас пастбищ из-за превышения поголовья скота и нерациональной системы выпаса;

2) экстенсивное богарное земледелие (неоправданная распашка легких пустынных почв);

3) необоснованное орошаемое земледелие, вызвавшее вторичное засоление почв и грунтовых вод.

С названными процессами связано истощение и загрязнение источников местного водоснабжения, что также явилось «важным условием опустынивания засушливых территорий. В связи с деградацией растительности лиманов и западин, уплотнения и засоления почв уменьшилась фильтрация поверхностных вод и увеличилась их испаряемость, что привело к сокращению накопления в линзах питьевых грунтовых вод. В результате многие из 600 ранее существовавших линз грунтовых вод, которые питали кочевые стада, теперь иссякли» (Виноградов и др., с. 104—105).

Обращаясь к нынешнему бедствию следует отметить, что не рост населения был основной причиной кризиса (население Калмыкии составило в 1990 г. 330 тыс. чел. — ту численность, которой достигали калмыки до 1917 г. без нарушения экологического равновесия). Новым фактором явилось техногенное опустынивание, но оно не было главной причиной. Не было чрезмерного роста поголовья скота. Основная причина — «депортация калмыков в 1944 г. и заселение территории в начале 1950-х гг. переселенцами, которые не были знакомы с приемами рационального использования калмыцкой территории» (Виноградов и др., с. 106).

Перевыпас скота, неоправданная распашка легких почв и необоснованное орошаемое земледелие — явления отнюдь не исключенные и для Золотой Орды. В принципе, любая распашка безвозвратно уничтожает дернину — защитную броню фитоценоза степи и открывает возможность для водной и ветровой эрозии. Из недавних процессов: именно так к нашим дням был уничтожен русский чернозем.

Если учесть, что потомки насильственно переселенных мастеровых становились земледельцами, то они нередко из поколения в поколение применяли технологии своих предков даже при явной нерациональности и очевидных негативных следствиях. Если не большинство, то существенная часть мастеровых, строивших первый Сарай, были жителями русских городов и знали, как землепашествовать в условиях высокой увлажненности почв. Но не знали того, что «одинаковое разрыхление поверхности почвы в зоне повышенного атмосферного увлажнения приводит к накоплению и переизбытку почвенной влаги, в зоне дефицита атмосферного увлажнения — напротив, к иссушению почвы и, соответственно, вызывает развитие совершенно различных биогенотических цепей» (Залетаев, с. 83).

Если допустить то, что вполне вероятно, что не раз отмечалось в истории всех стран и народов, допустить то, что русские в степных городах применяли свои традиционные методы земледелия, а хорезмийцы — свои, то их не скорректированные на местные условия, действия (одних — в богарном, других — в орошаемом земледелии) однозначно должны были привести к нарушению экологического равновесия. Разумеется, новые жители степной полосы учились на собственных ошибках и прислушивались к рекомендациям немногих старожилов-степняков, но данное предположение — не панацея от экологического кризиса (См. Клинген).

Было бы неверным также думать, что скотоводы, ведущие хозяйство традиционными методами, гарантированы от нарушения экологического равновесия. Букеевкая орда, о которой уже шла речь, прибыв в незаселенные в течение нескольких веков цветущие степи Рын-песков, за двадцать лет привели природу в катастрофическое состояние, из которого она не может выйти по сей день (Иванов 1995). После полутора веков, за которые люди привыкли, что Рын-пески — пустыня, сегодня биологам приходится доказывать, что исходно этот край вовсе не пустыня, а степь (Мирошниченко).

Таким образом, нет явных противопоказаний со стороны естественных наук относительно того, что экологический кризис (ряд локальных кризисов) в Золотой Орде мог начаться уже в первой половине XIV в. (Заметим, кстати, что «принципы науки часто являются «принципами невозможности». Они говорят, что некоторых вещей сделать нельзя, хотя и не утверждают, что можно сделать все остальное...», см. Томсон, с. 32).

В то же время пока не выявлены четкие свидетельства начала кризиса. Иными словами, проблема ждет решения, которое может быть достигнуто только совместными усилиями естественников и гуманитариев.

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика