Александр Невский
 

Глава 3. Путь завоевателей на запад

Исподволь подбиралась страшная беда нашествия к русским землям. На Руси еще не знали о возникновении в степях Монголии державы Чингисхана, а он уже выделил заранее все земли Восточной Европы в улус своему старшему сыну Джучи. По повелению Чингисхана, как сообщал Рашидаддин, Джучи должен был «отправиться с войском завоевать все области Севера», в том числе Русь, и «подчинить их своей власти».

Однако к практическому осуществлению завоевательного плана монголо-татарские ханы смогли приступить не скоро. Военные силы Монгольского государства были заняты завоеванием соседних земель тангутов и уйгуров, покорением сибирских народов, затяжной войной в Северном Китае. Более трех лет (1219—1221 гг.) продолжалось завоевание монголо-татарами Средней Азии, народы которой оказали упорное сопротивление, несмотря на феодальную раздробленность, разъединившую их силы. Только в 1222 г. Чингисхан послал 30-тысячное войско во главе с Субедеем и Джебе в Восточную Европу, чтобы разведать путь будущего большого нашествия. Именно с этим монголо-татарским войском бились русские дружины на реке Калке. В 1223 г. конница Субедея и Джебе, преследуя отступавших русских воинов, дошла до Днепра и, разграбив землю по его левому берегу, повернула на восток.

Однако не с победой вернулся Субедей к своему повелителю Чингисхану. Когда монголо-татарское войско на обратном пути вторглось в Волжскую Булгарию, его встретили храбрые булгарские дружины. Арабский историк Ибн аль-Асир писал, что булгары «в нескольких местах устроили им засады, выступили против них и, заманив до тех пор, пока они зашли за место засад, напали на них с тыла, так что они остались в середине. Косил их меч со всех сторон, перебито их множество и уцелели из них только немногие. Говорят, что их было до 4 тыс. человек. Отправились они оттуда в Саксин, возвращаясь к своему царю Чингисхану».

Первая попытка монголо-татар вторгнуться в пределы Восточной Европы закончилась, таким образом, серьезным поражением. Чингисхан не дожил до нашествия на запад — в 1227 г. он умер.

Новый великий монгольский хан — Угедей, укрепившись в Средней Азии, начал наступление в прикаспийских степях. По сообщению Рашидаддина, он «отправил Кукдея и Субедея с 30 тыс. всадников в сторону Кипчак, Саксин и Булгар». На реке Яик (Урал) монголо-татары разгромили булгарские сторожевые заставы, охранявшие дальние подступы к своей стране. Затем завоеватели разорили немногочисленные поселения саксин (потомков хозар), находившиеся в прикаспийских степях. Отдельные отряды монгольской конницы заходили довольно далеко на север, где они сталкивались с башкирами.

Следом за передовым монголо-татарским войском в прикаспийские степи двинулись новые силы. На курултае, который состоялся в 1229 г., было решено направить на помощь Субедею войска улуса Джучи, западной части Монгольского государства. Уже тогда эти войска возглавил Батухан (русские летописцы называли его Батыем), внук Чингисхана. По словам Рашидаддина, Батухан «был в большом почете и очень могуществен, вместо Джучихана стал ведать улусом и войском». Успехи будущего «потрясателя вселенной» были более чем скромными. В степях Прикаспия, по словам современника, «вспыхнуло пламя войны между татарами и кипчаками» (половцами), которое не затухало в течение нескольких лет, несмотря на все усилия завоевателей подавить сопротивление. Башкирские племена успешно отбивали нападения монгольских отрядов. После длительной войны Батухан подумывал о заключении с башкирскими вождями равноправного союза, что и было сделано позднее. Булгары, правда, отступили из степей, но на границе леса и степи создали такие мощные оборонительные линии, что монголы не могли прорваться через них к богатым булгарским городам. Остатки этих грандиозных оборонительных сооружений, состоявших из валов, рвов и частоколов, обнаружены советскими археологами. По сообщению летописца, в 1232 г. завоеватели «зимовали, не дойдя до великого города Булгарского».

После нескольких лет тяжелой войны войска улуса Джучи дошли только до нижней Волги, вытеснив оттуда половцев.

Завоевание Восточной Европы силами только своего улуса оказалось явно не под силу Батухану.

В 1235 г., по сообщению Рашидаддина, великий хан Угедей «во второй раз устроил большой курултай и назначил совещание относительно уничтожения и истребления остальных непокорных народов». На курултае «состоялось решение завладеть странами Булгар, Асов и Руси, которые находились по соседству становища Бату, не были еще покорены и гордились своей многочисленностью». Это говорило о том, что первый натиск на запад не удался.

Великий хан Угедей решил направить «в помощь и подкрепление Бату» войска всех монгольских улусов. 14 знатнейших ханов, потомков Чингисхана, должны были отправиться со своими ордами в прикаспийские степи и стать под знамена Батыя. Это был общемонгольский поход на запад, равного которому еще не знала история Монгольского государства.

Сразу после курултая, как сообщал Рашидаддин, «царевичи для устройства своих войск и ратей отправились каждый в свое становище и местопребывание и весной (1236 г.) выступили из своих местопребываний».

Все лето конные орды монголо-татарских ханов разными дорогами шли на запад, а осенью того же года «в пределах Булгара царевичи соединились». Огромное войско собралось в прикаспийских степях, готовясь к опустошительному вторжению в страны Восточной Европы. По свидетельству современника, «от множества войск земля стонала и гудела, а от многочисленности и шума полчищ столбенели дикие звери и хищные животные».

Первый удар полчищ хана Батыя обрушился на Волжскую Булгарию. Булгары давно готовились к обороне, укрепляли степную границу, заключили союз с Русью, чтобы высвободить все силы для отпора страшному врагу, но сдержать натиск завоевателей не смогли. Слишком уж велико было численное превосходство монголо-татар, обрушивших на маленькую страну всю свою мощь. Оборонительные линии булгар на степной границе были прорваны. Один за другим погибали в пламени пожаров деревянные булгарские города. Наконец завоеватели «силой и штурмом взяли город Булгар, который известен был в мире недоступностью местности и большой населенностью. ...Жителей его частью убили, а частью пленили». О расправе, учиненной завоевателями над жителями Булгара, знали и на Руси. Летописец записал, что монголо-татары «взяли славный великий город Булгарский и избили оружием от старца до юного и до младенца, сосущего молоко, и взяли товара множество, а город их пожгли огнем, и всю землю их пленили». Субедей, командовавший вторгнувшимися в Булгарию монгольскими войсками, жестоко мстил за свои прошлые неудачи и не щадил никого. Источники не сохранили до нашего времени подробностей войны в Волжской Булгарии. Однако можно предположить, что ее завоевание потребовало от монголо-татар немалых усилий. Достаточно сказать, что завоеватели, вторгнувшиеся в Булгарию поздней осенью 1236 г., смогли начать следующий поход только весной 1237 г.

Теперь удар монголо-татарского войска был направлен на половцев, кочевавших на правобережье нижней Волги и в степях Дона. В боях со своими быстрыми, неуловимыми противниками монгольские ханы применили тактику облавы. Они шли по степям широким фронтом мелких отрядов, постепенно замыкая в кольцо половецкие кочевья. Так издавна монгольские племена охотились на степную дичь, отрезая ей путь к бегству. На этот раз монгольская облава была грандиозной по своим размерам. Три высокородных хана, потомки Чингисхана, Гуюк, Монкэ и Менгу, руководили боем. Однако здесь завоеватели встретили сильное сопротивление. Война в половецких степях продолжалась все лето.

Другое многочисленное монгольское войско, возглавляемое самим Батыем и ханами Орду, Берке, Бури и Кульканом, воевало на правобережье средней Волги, в землях буртасов, аржанов и мордвы. События этого похода малоизвестны.

Отрывочные сведения о жестоких битвах половцев и других народов Поволжья с монголо-татарами дошли только из лагеря их врагов — в сочинениях официальных историков монгольских ханов. Так, в сочинениях персидского историка Джувейни, верно служившего завоевателям, сохранились записи о том, что половцы (кипчаки) продолжали борьбу даже тогда, когда завоевателям уже казалось, что «все, что уцелело от меча, преклонило голову». Джувейни с раздражением писал: «Между кипчакскими негодяями оказался один, по имени Бачман, который с несколькими кипчакскими удальцами успел спастись; к нему присоединилась группа беглецов. Так как у них не было постоянного местопребывания и убежища, где бы он мог остановиться, то он каждый день оказывался на новом месте... Мало-помалу зло от него усиливалось, смута и беспорядки умножались. Где бы войска монгольские ни искали следов его, нигде не находили, потому что он уходил в другое место и оставался невредимым. Так как убежищем ему большей частью служили берега Итиля (Волги), он укрывался и прятался в лесах их, выходил, забирал что-нибудь и опять скрывался, то повелитель Менгухан велел изготовить 200 судов и на каждое судно посадил сотню вполне вооруженных воинов. Он и брат его Бучек пошли облавой по обоим берегам реки. Прибыв в один из лесов Итиля, они нашли следы откочевавшего утром стана: сломанные телеги и куски свежего конского навоза и помета, а посреди всего этого добра увидели больную старуху. Спросили, чей это стан, куда он ушел и где искать его. Когда узнали наверняка, что Бачман только что откочевал и укрылся на остров, находящийся посреди реки, и что забранное и награбленное во время беспорядков, скот и имущество находятся на том острове, то вследствие того, что не было судна, а река волновалась подобно морю, никому нельзя было переплыть туда, не говоря уже о том, чтобы погнать туда лошадь. Вдруг поднялся ветер, воду от места переправы на остров отбросил в другую сторону и обнажилась земля. Менгухан приказал войску немедленно скакать на остров. Прежде чем Бачман узнал, его схватили и уничтожили его войско. Некоторых бросили в воду, некоторых убили, угнали в плен жен и детей, забрали с собой множество добра и имущества и решили вернуться. Вода заколыхалась, и когда войско перешло там, все снова пришло в прежний порядок. Никому из воинов от реки беды не приключилось. Когда Бачмана привели к Менгухану, то он стал просить, чтобы тот удостоил убить его собственноручно. Тот приказал брату своему Бучеку разрубить его на две части».

За рассказом Джувейни о «смуте и беспорядках» можно без труда увидеть достаточно сильное народное движение против завоевателей — для его подавления потребовалось посадить на корабли 20-тысячное войско, не считая конных отрядов, которые шли по обоим берегам Волги. Не прекратили сопротивление и булгары. После отхода монголо-татарских войск из Волжской Булгарии «тамошние вожди Баян и Джику изъявили покорность», но вскоре «опять возмутились». Субедею пришлось вторично идти с войском в Булгарию.

Героическое сопротивление народов Нижнего и Среднего Поволжья задержало продвижение завоевателей. Только осенью 1237 г. хан Батый сумел сосредоточить свои силы для нашествия на Северо-Восточную Русь. Венгерский путешественник Юлиан, проезжавший по Восточной Европе глубокой осенью 1237 г., был очевидцем этих событий. Он писал: «Ныне же, находясь на границах Руси, мы близко узнали правду о том, что все войско, идущее в страны Запада, разделено на части. Одна часть у реки Итиль на границах Руси с восточного края подступила к Суздалю. Другая же часть в восточном направлении уже нападала на границы Рязани, другого русского княжества. Третья часть остановилась против реки Дона, близ замка Воронеж, тоже княжества русских. Монголо-татары, как передавали нам сами русские, венгры и булгары, ждут того, чтобы земли, реки и болота с наступлением ближайшей зимы замерзли, после чего всему множеству татар легко будет разграбить всю Русь, всю страну русских».

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика