Александр Невский
 

Глава 14. На Казань!

В начале 50-х годов XVI в. Русское государство приступило к решительному наступлению на Казанское ханство. События последних десятилетий показали, что безопасность границы от набегов казанских татар не могут обеспечить ни эпизодические походы на Казань, ни пребывание на казанском престоле ханов, известных своими связями с русским правительством. В Казани были сильны протурецкие и прокрымские партии феодалов. При поддержке крымских татар и ногаев они свергали ставленников Москвы. Снова и снова обрушивались на пограничные области России набеги казанцев. Московскому правительству опять приходилось посылать на Волгу судовые и конные рати, нести тяжелые потери в боях. Полное подчинение Казани стало насущной необходимостью.

Опыт предыдущих казанских походов показал, что взять Казань с налету, одним ударом, невозможно. В течение лета до осенних дождей или в течение зимы до весенней распутицы было трудно сосредоточить под стенами Казани достаточно большую армию, подвезти тяжелые осадные пушки — большой наряд, запасы продовольствия, пороха и ядер, выполнить трудоемкие осадные работы. А без этого русскому войску, несмотря на удачные военные действия под стенами Казани, приходилось отступать, ограничившись подписанием еще одного «мира» с ханом. Необходимо было изменить тактику. Это и было сделано после похода 1550 г.

Казанский поход 1550 г. сначала проходил так же, как и многие предыдущие походы. С наступлением зимы, когда установился санный путь, в Нижнем Новгороде собрались русские полки и наряд. В феврале «царь и великий князь пришел к городу Казани со всем воинством», и «воевод расставил, и туры велел сделать, и к городу приступать». Однако штурм Казани не удался. Русские полки только приступили к осадным работам, как началась неожиданная оттепель. По словам летописца, «пришли в то время ветры сильные, и дожди великие, и мокрота немерная; и из пушек и из пищалей стрелять нельзя, и к городу приступать невозможно за мокротою». Одиннадцать дней стояло русское войско под стенами Казани, «а дожди по все дни были и теплота и мокрота великая; речки малые попортило, а иные многие прошли». Наконец, 25 февраля «царь и великий князь, видев такое «нестроение», пошел от города Казани прочь».

По пути к Нижнему Новгороду «пришел царь и великий князь на Свияжское Устье» (примерно в 25 км от Казани) и на военном совете предложил: «В этом месте поставить бы город для казанского дела и тесноту бы учинить Казанской земле». И уже в следующем, 1551 г. послал Иван IV «дьяка своего Ивана Григорьева, сына Выродкова, а с ним детей боярских на Волгу в Углицкий уезд, в Ушатых вотчину, город срубить и в судах с воеводами на Низ везти». Судовой караван со срубами двинулся к Свияжскому устью под охраной сильного войска. Одновременно в пределы Казанского ханства пришли русские полки из Мещеры, Нижнего Новгорода, Вятки. Под их прикрытием началось строительство на Круглой горе города Свияжска. По словам летописца, «город, который сверху привезен, на половине той горы стал, а другую половину воеводы и дети боярские своими людьми тотчас сделали, и свершили город в четыре недели».

За деревянными стенами Свияжска был оставлен сильный гарнизон: «боярин и воевода князь Семен Иванович Микулинский с товарищами и с теми людьми, которым с ним годовать». В непосредственной близости от Казани появился таким образом опорный пункт для будущего похода.

Подготавливая последний казанский поход, московское правительство провело ряд мероприятий по усилению вооруженных сил страны.

Значительную часть русского войска составляла дворянская поместная конница. По свидетельствам современников, ее численность достигла 80 тыс. всадников. «Избранные воины» из дворян составляли отборную часть войска, так называемый царский полк. Московским правительством были проведены мероприятия по дополнительному «испомещению» дворян, по упорядочению поместного землевладения. В частности, в 1550 г. было объявлено об «испомещении» под Москвой «избранной тысячи дворян».

Пехоту составляли так называемые «даточные люди», которых набирали для похода с посадских и крестьянских дворов, а также городовые казаки, составлявшие гарнизоны пограничных крепостей. Часть пехотинцев имела ручное огнестрельное оружие — пищали. Известно, что Новгород и Псков, например, выставляли для похода по 1—2 тыс. пищальщиков с оружием и всем необходимым для похода снаряжением; каждые 3—5 посадских дворов были обязаны выставить одного пищальщика с оружием, запасом пороха, свинца и продовольствия.

В 1550 г. в составе вооруженных сил Русского государства появился новый род войск — стрелецкая пехота. Сначала был создан 3-тысячный отряд выборных стрельцов из пищалей, который делился на 6 статей, по 500 стрельцов в каждой статье. Впоследствии число стрельцов значительно увеличилось. По сообщению англичанина Флетчера, побывавшего в XVI в. в России, стрельцов было до 12 тыс., в том числе стремянных (т. е. конных) — 2 тыс., московских — 5 тыс. и городовых — 5 тыс. Стрельцы были постоянным войском, получали царево жалованье и жили в особых слободах, совмещая военную службу с занятиями ремеслами и торговлей. Набирались стрельцы из «вольных людей», проходили военное обучение и были способны воевать правильным строем, что было особенно важно в битвах с легкой татарской конницей. На вооружении стрелецкой пехоты были пищали, бердыши и сабли. Бердыши в бою использовались не только как холодное оружие, но и как подставки для стрельбы из пищалей. Стрелецкое войско отличалось высокими по тому времени боевыми качествами и сыграло важную роль в казанском походе. О сомкнутый строй стрелецкой пехоты, встречавшей врага залповым огнем из пищалей, разбивались атаки татарской конницы.

Русское войско имело сильную артиллерию — наряд, который делился на большой наряд — крепостную и осадную артиллерию и полковой наряд, полковые пушки, сопровождавшие войско в полевых сражениях. Кстати, полковой наряд впервые упоминается в документах при описании похода 1552 г. на Казань. Общее количество пушек, включая артиллерию многочисленных крепостей, к концу XVI столетия достигало 3,5 тыс.

В сражениях с легкой татарской конницей русское войско удачно использовало передвижные, вооруженные пушками и пищалями, деревянные укрепления — «гуляй-город». «Гуляй-город» быстро собирался из заранее приготовленных деревянных щитов, которые перевозились на санях и телегах. По свидетельству современника, «гуляй-город» мог быть растянут по фронту на 10 км и прикрывал обычно центр русского войска. С флангов «гуляй-город» охраняли сильные кавалерийские отряды, а позади него стоял большой полк — главные силы русской рати.

Русское войско имело четкую организацию. Полки делились на сотни и десятки во главе со своими «начальными людьми». Всей ратью, выступавшей в поход, командовал назначенный царем большой воевода, отдельными полками — полковые воеводы. Отдельные воеводы были у наряда и у «гуляй-города». Перед походом большой воевода получал «разряд» — подробную роспись воевод и воинов по полкам, стрелецким приказам, наряду, «гуляй-городу», а также царский наказ о плане военных действий. Хорошо налаженная система набора ратных людей с городского и сельского населения позволяла быстро собирать большое по численности войско.

Для похода на Казань в 1552 г. царь Иван IV собрал до 150 тыс. войска, в состав которого входили дворянская поместная конница, стрельцы, пешие «даточные люди», судовая рать, 150 крупных пушек большого наряда и полковой наряд. Позднее к войску присоединились отряды из народов Поволжья.

В апреле 1552 г., по словам летописца, «призвал государь к себе братьев своих, князя Юрия Васильевича и князя Владимира Андреевича, и бояр своих, и воевод, и советовался с ними о своем походе к Казани». На этом совете было решено «отпустить в судах рать и наряд большой, и запасы царские и всего войска, а самому государю, как приспеет время, идти полем, а людям собираться на Коломну и Каширу из дальних городов, а из московских городов в Муром». Вскоре «отпустил государь воевод в судах на Свиягу» и велел «поставить по всем перевозкам по Каме и по Вятке детей боярских, и стрельцов, и казаков». В мае «приговорил государь поход свой и полки велел расписать».

Главные силы русского войска выступили из Москвы 16 июня 1552 г. Однако неожиданное известие о нападении крымского хана заставило царя Ивана IV остановить движение на Казань. Из Путивля прискакал «станичник Ивашка Стрелник» и передал, что «идут многие люди крымские к украине государевой и уже Донец Северский перелезли». Иван IV повернул свое войско к Коломне. Русские полки встали вдоль берега Оки, на древнем рубеже, где не раз они встречали татарские вторжения. Между тем разведчики доносили, что крымцы уже «украины проходят» и «пришли на тульские места, к городу к Туле». Немедленно из Каширы, Ростиславля и Колычева двинулись на помощь осажденной Туле русские полки.

Русские военачальники непрерывно получали известия о действиях крымского хана. Тульский воевода доносил, что к городу подошел сам крымский хан и «приступает к Туле, и иные многие люди воюют, и наряд с ними многий, и многие янычары турецкие». Осадивший Тулу враг «из пушек бил по городу и огненными ядрами и стрелами стрелял на город, и во многих местах в городе дворы загорелись». Однако приступы крымцев были отбиты.

Между тем к Туле уже приближались на помощь русские полки. В городе об этом уже знали. Осажденные предприняли смелую вылазку, в которой приняли участие не только ратные люди, но и вооруженные горожане. По словам летописца, «вышли из города не только воеводы и воины, но все мужчины и женщины и дети, и многих татар под городом убили, и ханского шурина убили князя Камбирдея, и наряд пушечный, ядра и стрелы и порох взяли». Крымский хан Девлет-Гирей «побежал от города с великим срамом». Русская конница преследовала отступавших крымцев и на реке Шиворна нагнала их. В бою крымцев «столько избили, что очень мало осталось». Был возвращен и полон, захваченный татарами во время этого набега. Так в результате героической обороны Тулы и своевременного прибытия русских полков угроза нападения с юга была ликвидирована. Крымскому хану не удалось сорвать русский поход на Казань.

В начале июня все русское войско собралось в Коломне и оттуда двумя дорогами: через Рязань — Мещеру и Владимир — Муром — выступило в поход. В начале августа все рати соединились «на полях» у реки Суры, откуда вскоре пошли к Свияжску. Утром 13 августа царь Иван IV с войском вступил в Свияжск, где его уже ожидали ранее высланные судовой ратью воеводы, «дети боярские и стрельцы», а также ополчение, набранное из черемисов, чувашей, мордвы. Народы Поволжья, жестоко угнетаемые казанскими феодалами, вместе с русскими выступили против своих поработителей.

После непродолжительного отдыха все полки и наряд двинулись к Казани. Еще до начала осады царь Иван IV предложил казанскому хану Едигеру сдаться, но получил дерзкий отказ. Хан надеялся на помощь крымского хана, на многочисленные конные отряды, оставленные им за пределами города, а главное — на многочисленный гарнизон и мощные укрепления Казани.

Казань действительно была очень сильной крепостью. Расположенный на крутом холме в 6 км от Волги, город с северной стороны был прикрыт болотистой речкой Казанкой, а с юга — рекой Булаком и озером Кабан. Возводить осадные сооружения здесь было очень трудно. Казань со всех сторон опоясывала высокая деревянная стена с 15 башнями, ров перед ней достигал 15 м глубины. По сообщению татарина-перебежчика, в городе находилось 30 тыс. казанского войска и 3 тыс. ногаев. Кроме того, вооружилось все городское население. К востоку от города, в Арском лесу, примерно в 15 км от городских стен, стояло большое конное войско князя Япанчи, готовое в любой момент прийти на помощь осажденным. В войске Япанчи тоже было примерно 25—30 тыс. всадников.

23 августа после ожесточенной схватки с 15-тысячным отрядом татар, устроивших вылазку из города, русские полки со всех сторон обложили Казань. Передовой полк и большой полк встали на Арском поле вдоль восточной стены города, полк правой руки — с северной стороны, за рекой Казанкой. Вдоль западной и юго-западной стен Казани протянулись позиции сторожевого полка и полка левой руки. Царь Иван IV со своим царским полком остановился поодаль от города, позади полка левой руки. Осада Казани началась.

После тщательной разведки городских укреплений русские полки начали осадные работы. Для защиты от татарских ядер и стрел ставили туры, наполненные землей. Линия туров постепенно приближалась к городским стенам. Русские воеводы прежде всего постарались «отнять воду» у осажденных. Река Казанка была перегорожена плотиной и отведена от города. Тысячи ратников и «даточных людей» строили позиции для установки тяжелых пушек, рыли окопы, огораживали русский лагерь полисадами. Казанцы неоднократно предпринимали вылазки. Около городских стен происходили жестокие бои. «Казанцы вылезли, многие люди конные и пешие, — повествовал летописец, — и бились крепко многое время, и из пушек по городу и по воротам беспрестанно били, и стрельцы из пищалей, также и из города из пушек и пищалей стреляли, и была сеча великая и преужасная от пушечного боя и от пищального грома и от воплей не слышно было голосов, были как гром великий и молнии от множества огня пушечного и пищального стреляния и дыма. Множество побили татар и в город вбили их, и рвы городские наполнились мертвыми». И так день за днем, все время осады!

27 августа на укреплениях начали устанавливать тяжелые осадные орудия: «Повелел государь наряд большой прикатить к турам». Перед батареями расположились стрельцы и лучники: «И стали головы стрелецкие с боярскими людьми н казаки по рву города и стреляли из пищалей и из луков». Особенно сильные укрепления были построены против Царевых. Арских. Аталыковых и Тюменских ворот, через которые казанцы устраивали вылазки.

Осада и штурм города Казани (1552 г.)

Затем начался обстрел города из тяжелых пушек. Русские пушкари «начали беспрестанно по городу бить стенобитным боем и верхними пушками огневыми, побивая многих людей из пушек. Также и стрельцы не давали на стенах людям быть и из ворот выходить, многих побивали». В затяжном «огненном бою» русское войско показало свое полное превосходство — вскоре со стен города было сбито большинство татарских пушек.

Чтобы поражать ядрами цели внутри города, на Арском поле русские мастера построили высокую деревянную башню, установили на ней 60 пушек разного калибра и подкатили к стенам между Арскими и Царевыми воротами. Кроме пушкарей, в башне находился отряд стрельцов с дальнобойными пищалями. Обстреливая, «как с неба», внутреннюю часть города, гарнизон башни наносил большой урон обороняющимся.

Отдельные участки стены были пробиты ядрами, однако казанцы быстро заделывали проломы бревнами и каменными глыбами. Русские «розмыслы» начали «минную войну». К стенам Казани были сделаны глубокие подкопы, в которые закладывались сильные пороховые заряды. Одним из первых подкопов был взорван тайник, по которому осажденные ходили за водой. Другие подкопы вели к Арским и Ногайским воротам. Приближался час решительного штурма.

На русский лагерь нападали татарские отряды, находившиеся вне города. Особенно опасными были нападения многотысячного конного отряда Япанчи из Арского леса в тыл большому полку и передовому полку. Чтобы предупредить эти неожиданные атаки, русским военачальникам пришлось выделить значительную часть войска во главе с князьями Горбатым-Шуйским и Серебряным. После нескольких схваток на Арском поле Япанча отступил в лес, где у него был хорошо укрепленный острог. По словам летописца, этот острог «был рублен городнями, и землей насыпан, и многими засеками закрыт, а сделан промеж непроходимых болот». Но ни болота, ни засеки, ни лесные чащобы не остановили русских воинов. 8 сентября они осадили Арский городок князя Япанчи, «начали приступать к острогу, стрельцы же из множества пищалей стреляли». Спешенные поместные конники, стрельцы и казаки отважно полезли на укрепления и «взяли острог, и татар многие множества побили, и живых 200 человек взяли». Япанча с остатками своего воинства бежал, и, преследуя его, русские полки «повоевали Арскую сторону всю». Опасность удара с тыла была ликвидирована. Теперь можно было сосредоточить все силы для штурма города.

Решительный штурм Казани был назначен на 2 октября. К этому времени подкопы под стенами были уже готовы. Русские воины припасли бревна и вязанки хвороста, чтобы завалить рвы перед стенами, построили длинные штурмовые лестницы. Еще до начала общего штурма отряд стрельцов сумел захватить Арскую башню и удерживал ее. Именно с этой стороны намечалось наносить главный удар, однако штурмовать город русские полки должны были со всех сторон, чтобы не дать татарам возможности перебрасывать свои силы на наиболее опасные участки. Всего было назначено 6 штурмовых колонн во главе с опытными воеводами. Часть конницы была оставлена для прикрытия основных дорог, ведущих к Казани: Арской, Ногайской и Галичской.

Сигналом для штурма были взрывы подкопов. На рассвете был взорван подкоп под стеной возле Арских ворот, в котором было заложено 48 бочек пороха. Городская стена в этом месте рухнула. Затем раздался взрыв под Ногайскими воротами. «Как сильный гром грянул, — писал летописец, — и земля дрогнула и затряслась. И страшна стала на вид земля, как тьма, на великую высоту взлетая и многие бревна и людей на высоту взметая. И сей внезапно второй подкоп городскую стену грознее первого сотворил, и множество горожан на высоту поднялись, одни разорванные пополам, и иные с оторванными руками и ногами, и с великой высоты бревна падали в город и множество людей побили». Открыли ураганный огонь по стенам и башням Казани и русские пушкари. Вперед вышли стрельцы и лучники, которые метко сбивали со стен татарских воинов, пока штурмовые колонны не достигли вала.

Казанцы отчаянно сопротивлялись, сбрасывали со стен на их головы тяжелые бревна и камни, обливали кипящей смолой. Однако сдержать натиск не смогли. Передовые отряды русского войска ворвались в город через пролом в стене возле Арских ворот. Начался жестокий уличный бой, в котором обе стороны несли тяжелые потери. Казанские военачальники бросали в битву новые и новые силы. Наступление русских воинов было задержано. В этот решительный момент царь Иван IV двинул на помощь ворвавшимся в город воинам половину своего отборного царского полка.

Спешенные воины царского полка отбили контратаки казанцев и погнали их к ханскому дворцу. Переваливая стены, в город вливались новые русские полки, везде тесня защитников Казани. Большой отряд татар (их оставалось более 6 тыс.) отступил в северную часть города, но и там не смог удержаться. Не задерживаясь у ханского дворца, татары «побежали все к Елбугиным воротам, и начали с града метаться и в ворота пробиваться, и многие к лесу на бегство устремились». Бежавших татар отделяла от леса река Казанка, вдоль которой стоял немногочисленный полк правой руки. Русские воины встретили татар пушечным огнем, но сдержать их отчаянную атаку не смогли. Уцелевшие татары прорвали кольцо осады и побежали к лесу. Но спастись успели немногие. Подоспела русская конница, и здесь «татар многих побили: от реки от Казанки и до леса и в лесу многие мертвые лежали, и немногие утекли, многими ранами ранены».

Сечей за рекой Казанкой закончился штурм города. Казань пала, почти все ее защитники погибли. Летописец с гордостью писал: «Наш царь и великий князь Иван Васильевич, самодержец всея Руси, одолел их до конца и царя казанского изымал, и знамена их взял, и царство и город многолюдный казанский взял...» Казанское царство прекратило свое существование.

Взятие Казани позволило перейти в наступление и на Астраханское ханство. В 1554 г. русское войско изгнало из Астрахани хана Ямгурчея, ставленника Крыма. Новый астраханский хан Дервиш-Али признал себя вассалом русского царя, но вскоре тоже начал переговоры с крымским ханом. Тогда в сентябре 1556 г. русское войско снова пошло на Астрахань. На этот раз астраханский хан, несмотря на присылку из Крыма войска с пушками, не принял боя и бежал в степи. Русское войско без боя заняло покинутый город. Воеводы доносили царю из Астрахани: «Пришли они в Астрахань, а город пуст, царь и люди выбежали, а воеводы в городе в Астрахани сели и город сделали крепок и, утвердив совсем, ходили за царем пять дней от Астрахани к морю, и нашли суда все астраханские, посекли и пожгли, а людей не нашли». Во время следующего похода в степи воеводы все же «нашли царя от берега верст за двадцать, и пришли ночью на царя, и побили в улусах у него многих людей». Последний астраханский хан Дервиш-Али, бежал в Азов. А русские воеводы «укрепились в городе» и «по Волге казаков и стрельцов расставили и отняли всю волю у ногаев и у астраханцев рыбные ловли и перевозы все».

Самостоятельность Астраханского ханства была ликвидирована.

После этого признала зависимость от Русского государства и Большая Ногайская Орда, причем ногайские мурзы обязались «служить царю», «у Астрахани кочевать», а если «велит им государь на Крым идти», то «так и учинят». Все Поволжье таким образом было присоединено к Русскому государству. Опасность проникновения сюда турецкого влияния была ослаблена. Это было большим успехом. Вскоре в состав Русского государства вошли и народы Приуралья. В 1557 г. власть московского царя признали башкиры, ранее зависимые от ногайских мурз. Россия набирала силы.

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика