Александр Невский
 

№ 7. Повесть о Раковорской битве (статья 6776 года Новгородской первой летописи)1

В лето 6776. Сдумаша новгородци с княземь своимь Юрьемь, хотеша ити на Литву, а инии на Полтескъ, а инии за Нарову. И яко быша на Дубровне, бысть распря, въспятишася и поидоша за Нарову къ Раковору, и много в земли ихъ потратиша, а города не взята; застрелиша же с города мужа добра Федора Сбыславича и инехъ 6 человекъ; и приехаша здорови.

Того же лета сдумавше новгородци с посадникомь Михаиломъ, призваша князя Дмитрия Александровича ис Переяславля с полкы, а по Ярослава послове послаша; и посла Ярославъ в себе место Святъслава с полкы. И изыскаша мастеры порочные, и начата чинити порокы въ владычни дворе.

И прислаша Немци послы своя, рижане, вельяжане, юрьевци и изъ инехъ городовъ, с лестью глаголюще: «намъ с вами миръ; перемогаитеся с колыванци и съ раковорци, а мы к нимъ не придаваемъ, а крестъ целуемъ». И целоваша послы крестъ; а тамо ездивъ Лазорь Моисиевичь водилъ всехъ ихъ къ кресту, пискуповъ и божиихъ дворянъ, яко не помогати имъ колыванцемъ и раковорцемъ; и пояша на свои руце мужа добра из Новагорода Семьюна, целовавше крестъ.

И совкупившеся вси князи в Новъгородъ: Дмитрии, Святъславъ, брат его Михаило, Костянтинъ, Юрьи, Ярополкъ, Довмонтъ Пльсковьскыи, и инехъ князии неколико, поидоша к Раковору месяца генваря 23; и яко внидоша в землю ихъ, и розделишася на 3 пути, и много множьство ихъ воеваша.

И ту наехаша пещеру непроходну, в неиже бяше множьство Чюди влезшее, и бяше нелзе ихъ взятии, и стояша 3 дни; тогда мастеръ порочныи хытростью пусти на ня воду, Чюдь же побегоша сами вонъ, и исекоша ихъ, а товаръ новгородци князю Дмитрию всь даша.

И оттоле поступиша к Раковору; и яко быша на реце Кеголе, и ту усретоша стоящъ полкъ немецьскыи; и бе видети якои лесъ: бе бо съвкупилася вся земля Немецьская. Новгородци же не умедляче ни мало, поидоша к нимъ за реку, и начата ставити полкы: Пльсковичи же сташа по правои руце, а Дмитрии и Святъславъ сташа по праву же выше, а по леву ста Миахило, новгородци же сташа в лице железному полку противу великои свиньи. И тако поидоша противу собе.

И яко съступишася, бысть страшно побоище, яко не видали ни отци, ни деди. И ту створися зло велико: убиша посадника Михаила, и Твердислава Чермного, Никифора Радятинича, Твердислава Моисиевича, Михаила Кривцевича, Ивача, Бориса Илдятинича, брата его Лазоря, Ратьшю, Василя Воиборзовича, Осипа, Жирослава Дорогомиловича, Поромана Подвоиского, Полюда, и много добрыхъ бояръ, и иныхъ черныхъ людии бещисла; а иныхъ без вести не бысть: тысячьского Кондрата, Ратислава Болдыжевича, Данила Мозотинича, а иныхъ много, богъ и весть, а пльскович такоже и ладожанъ; а Юрьи князь вда плечи, или переветъ былъ в немь, то бог весть.

Но то, братье, за грехы наша богъ казнить ны и отъятъ от насъ мужи добрые да быхом ся покаяли, якоже глаголеть писание: дивно оружие молитва и постъ; и пакы: милостыни совкупилася с постомь, от смерти избавляета человека; и пакы помянемъ Исаия пророка, глаголюща, аще хощете послушати мене, благая земная снесте; аще ли не хощете, ни послушаете мене, оружие вы поясть, и тако поженеть единъ 100 васъ, а от ста побегнет 1000 васъ. Мы же ту страсть видевъше, ни худе покаемся трехъ своихъ, но горше быхомъ на зло, братъ брата хотяще снести завистию и друг друга, крестъ целующе и пакы преступающе, а не ведуще, кака есть сила крестная: крестомь бо побежены бывають силы бесовьскыя, крестъ княземъ пособить въ бранехъ, крестомь огражаеми вернии людие побежають супротивныя; иже бо крестъ преступають, то и сде казнь приимають, и на ономь веце муку вечную. Мы же на преднее възвратимся.

Бывшю бо великому тому снятию и добрымъ мужемъ главами своими покывающе за святую Софью, милосердыи господь посла милость свою въскоре, не хотя смерти грешнику до конца, кажа нас и пакы милуя, отврати ярость свою от нас, и призре милосерднымь си окомь: силою креста честнаго и помощью святыя Софья, молитвами святыя владычица нашея Богородица приснодевица Мария и всех святыхъ, пособи богъ князю Дмитрию и новгородцемъ, месяца ферваря 18, на память святого отца Лва, в суботу сыропустную; и гониша ихъ, бьюче, и до города, въ 3 пути, на семи верстъ, якоже не мочи ни коневи ступити трупиемь.

И тако въспятишася от города, и узреша иныи полчищь свинью великую, которая бяше вразилася въ возникы новгородьскые; и хотеша новгородци на нихъ ударити, но инии рекоша: «уже есть велми к ночи, еда како смятемся и побиемся сами»; и тако сташа близъ противу собе, ожидающе света.

Они же оканьнии крестопреступници, не дождавъше света, побе-гоша. Новгородци же стояша на костехъ 3 дни, и приехаша в Новъгородъ, привезоша братию свою избьеныхъ, и положиша посадника Михаила у святои Софьи. Буди, господи боже милостивыи человеколюбче, въ ономь веце стати со всеми угодившими ти от века, иже кровь свою прольяша за святую Софью, животъ свои отдавше честно.

И даша посадничьство Павше Онаньиничю; а тысячьского не даша никомуже, ци будеть Кондратъ живъ.

Примечания

1. НПЛ, 85—87, 315—318.

 
© 2004—2022 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика