Александр Невский
 

2.1.1 Возникновение суверенитета и юрисдикции

Русские земли в XIII столетии столкнулись с новым неизвестным противником. Если ранее кочевники, нападавшие на русские княжества, не ставили вопрос о суверенитете1 Руси, то монгольские кааны потребовали признания их власти над поверженными княжествами. Это в свою очередь, означало появление юрисдикции ордынского государства на территории княжеств, которое выражается в осуществлении совокупности полномочий верховного правителя, а также должностных лиц, ограниченных пределами компетенции того или иного органа власти.

Несмотря на то, что признаки зависимости Руси от Орды неоднократно рассмотрены в исследовательской и учебной литературе, возникновение суверенитета и юрисдикции и различные формы их проявления требуют развёрнутого комментария.

В первую очередь необходимо отметить, что в онтологическом и аксиологическом смыслах юрисдикция ордынского хана определялась двумя факторами: 1) сакральным мандатом Тенгри (неба) и 2) одобрением данного мандата элитой государства.

На первый источник юрисдикции прямо указывает Сюй Тин, который, посетив ставку кагана Угедея в 1230 г., отметил: «Они [черные татары] в обычных разговорах всегда говорят: полагаюсь на силу и мощь бессмертного неба и на покровительство счастья императора!.. Нет ни одного дела, которое бы не относили к [влиянию] Неба — [так делают все] от владетеля татар, до его подданных, и никак иначе»2. Подобную формулировку мы находим, к примеру, на пайдзе хана Абдуллаха или эдикте Хубилая: «Вечного Неба силою, ханского повеления кто не послушает...»3.

Второй источник суверенитета хана в первую очередь отражен в «Сокровенном сказании», где указано: «Когда он направил на путь истинный народы, живущие за войлочными стенами, то в год Барса (1206) составился сейм, и собрались у истоков Онона. Здесь воздвигли девятибунчужное знамя и нарекли — Чингис-ханом»4.

Однако оба источника имеют прямое отношение исключительно к собственно монгольским племенам. Появление юрисдикции над другими землями в источниках объясняется несколько иначе. В материалах францисканской миссии отмечается, что в картине мира, в том числе в политической, монголов воплощалось представление об общемировом свойстве «небесного мандата». В записках Плано Карпини в частности отмечено, что Чингис-хан обнародовал постановление, согласно которому «...они (монголы — Ю.С.) должны подчинить себе всю землю и не должны иметь мира ни с каким народом, если прежде не будет им оказано подчинения...»5. Спутник Карпини, брат Бенедикт, ту же идеому записал несколько иначе: «Итак, когда Чингис стал именоваться каном и год отдыхал без войн, он в это время распределил три войска [идти воевать] в три части света, чтобы они покорили всех людей, которые живут на земле. Одно он отправил со своим сыном Тоссуком, который тоже именовался каном, против команов, которые обитают над Азами в западной стороне, а второе с другим сыном — против Великой Индии на юго-восток»6.

По свидетельству анонимного грузинского «Хронографа» в соответствии с распоряжением основателя империи, в результате военного вторжения, возникает суверенитет ордынских владетелей над завоеванными землями: «Первородному сыну [Чингисхан] вручил половину армии и отправил в великую кивчакию до [страны] Мрака, в Овсетию, Хазарию, Русь, до боргаров и сербов, ко всем туземцам Северного Кавказа...»7 и «...потому как у Бато были преимущества перед всеми, владел он Овсетией, и Великой Кивчакией, Хазаретией и Русью до [земель мрака] и моря Дарубандского»8. Собственно Грузия попала в зависимость от монгольского императора в результате завоевания: «[татары] забрали Тавреж и прилегающие к нему земли. На второй год двинулись в Бардав, Гандзу, в Муган и оттуда начали [устраивать] набеги на Грузию и разорять её. те нойоны. налетели, словно саранча, на разорение и истребление, не было радости нигде, нещадно разорялась вся эта страна». «При виде такого зла амирспасалар Аваг, сын Иванэ, отправил посланника в Бардав... с просьбой о мире и говорил [о желании] прийти к ним, свидеться и служить и платить харадж и отдать им свои земли и просил твердую клятву. Те же возликовали и с радостью приняли посланника Авага»9.

Именно факт военного завоевания воспринимается различными авторами, как главная причина возникновения юрисдикции монгольского хана. К примеру, не известный армянский автор «Летописи» Себастаци пишет: «Они (татары) захватили все страны и властвовали над всеми этими странами»10. Венгерский католический миссионер Иоганка подчеркивает: «Ведь татары военной мощью подчинили себе разные племена..., чтобы в мирской службе, в уплате податей и сборов и в военных походах они [подданные] делали для своих господ то, что обязаны по изданному закону»11.

Византийские авторы Никифор Григора и Георгий Пахимер указывают, что: «Однако же там они положили успокоиться, разделив между собой области, города, жилища, и другого разного рода приобретения...»12 и «...подчинил его (болгарский нард — Ю.С.) Ногай. он вместе с ними и при их содействии завоевывал области ...все, что приобретал, усвоял себе и им...»13. В другом месте Георгий Пахимер подчеркнул: «Ногай одержал победу благодаря своему уму и большому количеству северных татар, которыми он вновь командовал и которые шли в бой, чтобы получить власть, отныне они стали полноправными хозяевами северных земель Евксинского (Понта)»14.

Военная угроза привела к признанию власти Ногая сербским королем Милутином: «...тъжде бо и семоу безаконьному и нечестомоу цароу татаромь, глаголемомоу Ногею, въшъдъ въ нь и напусти его на сего христолюбивааго и на въсе отъчествие его; и начать готовити яко въдвигнеть се съ силами поганыихъ, и идетъ на сего благочьстиваго хоте въсхитити достояние его... и съ нечестивыи въздвигъ се съ силами татарьскими иде на сего праведьнааго. И яко слыша превысокыи краль Оурошь шъствие ихъ, въ тъ часъ посла слы свое противоу емоу съ доброразумъными глаголы мольбъными оувештати его, яко да възвратитъ се от таковааго шьствия, паче противоу таковеи силе велицей повиноуе се...»15.

Именно так, по факту завоевания, юрисдикция ордынских ханов распространяется и на русские княжества. В первую очередь летописцы отмечают «пленение» княжеств (Лаврентьевская летопись)16. Перечень независимых русский князей автор Итатьевской летописи обрывает именно на нашествии монголо-татар: «Се же соуть имена княземъ Киевским княжившим в Киеве до избитья Батыева... под Даниловым наместником под Дмитромъ взяша Батыи Киевъ»17. В «Житие Михаила Черниговского» последовательность признания ордынской власти выглядит следующим образом. В первую очередь Русь подверглась завоеванию: «В лѣто 6746 (1238) бысть нахожение поганых татаръ на землю христьянскую гнѣвомь Божиимъ за умножение грѣхъ ради...». Затем вводится налоговая повинность: «...Тѣх же нѣ по колицѣхъ времянѣхъ осадиша въ градѣх, изочтоша я в число и начаша на них дань имати татарове...». И только после этого ордынские властители потребовали от русских князей признания их власти: «...Начаша ихъ звати татарове нужею, глаголаше: «Не подобаеть жити на земли канови и Батыевѣ, не поклонившеся има». Мнози бо ѣхаша и поклонишася канови и Батыеви»18. Новгородская IV летопись под 1258 годом отмечает, что «бысть число на всю землю Рускую царства Батыева въ 21 лѣто»19. Автор упоминает, во-первых, о правомочности ордынского хана проводить перепись на территории русской земли, а во-вторых, указывает на срок возникновения такого права — 21 год назад — 1237/1238 гг. — время завоевания Северо-Восточной Руси Батыем. Показательно, что именно с этого времени автор или составитель летописи начинает отмерять возникновение «Батыева царства».

Таким образом, завоевание территории Руси и переход её под юрисдикцию монгольского кагана и ордынского хана в памятниках русской письменной традиции поставлены в прямую зависимость20.

Анализ свидетельств источников приводит к вполне однозначному заключению: монгольская политическая доктрина подразумевала исключительно наличие либо подданных, либо противников. Именно поэтому соседи империи — далекие и особенно близкие — должны были либо признать власть кагана/хана, либо отстаивать свою независимость с оружием в руках.

Примечания

1. Под суверенитетом в данном случае нами понимается не только независимость государства во внешних, но и, главным образом, верховенство во внутренних делах.

2. Золотая Орда в источниках: (материалы для истории Золотой Орды или улуса Джучи). М., 2009. Т. 3: Китайские и монгольские источники. С. 46—47.

3. Банзаров Д. Пайзе, или металлические дощечки с повелениями монгольских ханов // Джоржи Банзаров. Собрание сочинений. Улан-Удэ, 1997. С. 71; Mongolian monuments in Uighur-Mongolian script (XIII—XVI centuries): Introduction, transcription and bibliography. Taipei: Institute of Linguistics, Academia Sinica, 2006. P. 280.

4. Козин С.А. Сокровенное сказание / С.А. Козин. М.; Л., 1941. С. 158.

5. Путешествия в восточные страны Плано Карпини и Рубрука. М., 1957. С. 44.

6. Христианский мир и «Великая Монгольская империя». Материалы Францисканской миссии 1245 года. СПб.: Евразия, 2002. С. 104.

7. Цулая Г.В. Анонимный грузинский «Хронограф» XIV в. о народах Кавказа / Г.В. Цулая // Кавказский этнографический сборник. Вып. 7. М.: Наука, 1980. С. 196.

8. Там же. С. 197.

9. Там же. С. 196—197.

10. Армянские источники о монголах: Извлечения из рукописей XIII—XIV вв. / Пер. с древнеарм., предисл. и прим. А.Г. Галстяна. М., 1962. С. 27.

11. Аннинский С.А. Известия венгерских миссионеров XIII—XIV вв. о татарах и восточной Европе // Исторический архив, Том III. М.-Л. 1940. С. 90—91.

12. Никифор Григора. Римская история, начинающаяся со взятия Константинополя латинянами. Т. 1. (124—1341). Рязань: «Александрия», 2004. С. 53.

13. Георгий Пахимер. История о Михаиле и Андронике Палеологах. Тринадцать книг. Т. 1. Царствование Михаила Палеолога (1255—1282). Рязань: «Александрия», 2004. С. 148.

14. Georgis Pachymeres. Relations Historiques. III. Livres VII—IV. Paris: Institut Français D'etudes Byzantines, 1999. P. 288—290.

15. Žitije kralja Milutina (1282—1321) od arhiepiskopa Danila II // Životi kraljeva i arhiepiskopa srpskih. London: VARIORUM REPRINTS, 1972. P. 120; подробнее см.: Александар Узелац. «Кан» Ногај, краљ Милутин и српско-татарски сукоби // Војноисторијски гласник. 1/2009. С. 9—31.

16. ПСРЛ. Т. 1. Стб. 460, 464.

17. ПСРЛ. Т. 2: Ипатьевская летопись. М., 1962; 1998. Стб. 1, 2.

18. «Сказание об убиении в Орде князя Михаила Черниговского и его боярина Федора» // Библиотека литературы Древней Руси. Т. 5. СПб., 2000. С. 156.

19. ПСРЛ. Т. IV. Ч. 1: Новгородская четвертая летопись. М., 2000. С. 232. См. также: ПСРЛ. Т. XLII. Новгородская Карамзинская летопись. СПб., 2002. С. 118.

20. Несмотря на тот факт, что фраза «Не подобаеть жити на земли канови и Батыевѣ, не поклонившеся има» вложена автором «Жития» в уста татар, необходимо помнить, что перед нами сакрально-религиозный текст, не предназначенный для чтения иноверцами, в данном случае — татарами. Поэтому помещение данной фразы в текст памятника свидетельствует о признании русскими книжниками, а вслед за ними и усвоение общественным сознанием факта появления ордынского суверенитета над Русью.

 
© 2004—2022 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика