Александр Невский
 

Пребывание реликвии в королевской казне Речи Посполитой

Есть все основания утверждать, что крест-реликварий из собора Парижской Богоматери до второй половины XVII в. находился в Польше и был собственностью королевской казны Речи Посполитой. Аббатство Сен-Жермен де Пре получило его по завещанию Анны Гонзаги де Клеве (1616—1684), принцессы Мантуи и Монферрата, вдовы курфюрста (палатина) Эдварда Пфальцского (отсюда неофициальное название реликвии — Крест Принцессы Палатины). Анна приходилась родной сестрой Марии Луизе (Людовики) Гонзаги де Невер (1611—1667), которая поочередно была женой двух польских королей — Владислава IV и Яна Казимира. Король Ян Казимир был очень привязан к Анне и сошелся с ней после смерти Марии Луизы.1

Отрекшись от польского престола, Ян Казимир в 1669 г. уехал во Францию, взяв с собой несколько особо ценных реликвий из польской казны. После его смерти в 1672 г. Анна Гонзага де Клеве стала наследницей этого имущества. Попытки польского сейма и нового короля Михаила Вишневецкого добиться возвращения реликвий на родину не увенчались успехом.2

Принадлежность польской королевской казне креста-реликвария, хранящегося ныне в соборе Парижской Богоматери, подтверждается многочисленными историческими свидетельствам. Драгоценный крест с частицей Животворящего Креста и греческой надписью неоднократно упоминается в известных ныне описях имущества польской казны второй половины XV — первой половины XVII вв. Наиболее поздняя из них, составленная сандомирским подкоморным П. Оссолинским, датируется 1633 г. Запись Оссолинского содержит также свидетельство о русском происхождении реликвии:

Крест [с частицей] Древа Животворящего Креста, кресты русские и реликвии, взяты из казны русской при Казимире...3

Подобные упоминания встречаются также в инвентарях 1609 (1611), 1607, 1532, 1510 и 1475 гг.4

О том, когда и каким образом крест оказался в польской королевской казне, высказывались различные предположения.

Некоторые исследователи отвергают русскую версию его происхождения, засвидетельствованную П. Оссолинским, и считают, что крест-реликварий попал в Польшу не при Казимире Великом (1333—1370), а позднее — при короле Владиславе Ягайло (1386—1434). Так, согласно предположению Ф. Коперы, реликвия оказалась в казне польских королей по воле королевы Ядвиги (1384—1399), которая, в свою очередь, получила ее вместе с другими подарками от своего супруга Владислава Ягайло, бывшего также великим князем литовским и женившегося на ней по условиям Кревской унии 1385 г.5 Однако такая гипотеза не объясняет, каким образом крест попал из Византии в Литву.

По мнению А. Фролова, реликвия прибыла в Польшу в качестве дара императора Мануила II Палеолога (1391—1425).6 Формулируя эту версию, исследователь исходил из принятой в его время датировки греческой надписи на кресте: конец XIV — начало XV вв. При этом Фролов не сделал никаких ссылок на источники. Историк, очевидно, имел в виду следующий факт: в августе 1420 г. Краков посещал посол императора Мануила II Мануил Филантропин с целью просить короля Владислава Ягайло о военной помощи против турок и во время этого визита мог передать ему какие-то подарки от императора.7

Однако предположению А. Фролова противоречит атрибуция Мануила — первоначального владельца реликвии — как Мануила Комнина, содержащаяся в греческой надписи на кресте-реликварии, тогда как император Мануил II, отправлявший посольство к Владиславу Ягайло, носил родовое имя Палеолог.

К тому же в источниках, сохранивших сведения о византийском посольстве к Владиславу Ягайло, отсутствуют какие бы то ни было упоминания о столь ценном даре. Особенно показательно, что о нем молчит Ян Длугош, владевший наиболее полной информацией о посольстве 1420 г.8 и, кроме того, проявлявший повышенный интерес к христианским реликвиям, в особенности же к находившимся в Польше реликвиям Животворящего Креста.9

Наконец, по имеющимся данным, драгоценный крест с частицей Животворящего Креста появился в Польше задолго до посольства Мануила Филантропина. Хроника гнезненского архидиакона Янка из Чарикова, содержащая подробные сведения о кончине Казимира Великого, приводит краткое содержание его завещания, составленного в 1370 г., в котором среди прочего имущества особое внимание уделяется одному необычайно ценному кресту:

К тому же есть золотой крест, более драгоценный, чем десять тысяч крепких [и] процветающих церквей Кракова.10

Этот крест, согласно подробному описанию Календаря Краковского, содержащемуся в той части памятника, которая восходит к XIV в., включал в себя частицу древа Животворящего Креста.11 О даровании Казимиром Великим реликвии Животворящего Креста Краковскому кафедральному собору упоминает в своей «Истории» и Ян Длугош под 1369 г.12 Согласно исследованиям О. Бальцера, этот крест недолго оставался в ведении церкви: в 1385 или 1386 г. он был вновь взят в королевскую казну.13

Свидетельства источников о пребывании в Польше уже во второй половине XIV в. реликвии Животворящего Креста подтверждают ее русское происхождение.

Реликвия досталась Казимиру в качестве военной добычи после захвата польскими войсками Львова в 1340 г.14 Тогда же вместе с другими ценностями казны галицко-волынских князей крест был доставлен в Краков. Рочник Траски — малопольский летописец, составленный в середине XIV в. при дворе Казимира, — сообщает:

Там (во Львове. — А.М.) [была взята] многочисленная военная добыча, [состоящая] из серебра, золота и драгоценных камней, великие сокровища древних государей, среди которых было несколько золотых крестов, особенно один, в котором была обнаружена большая частица древа Креста Господня...15

Практически дословно это сообщение повторяется в Рочнике Малопольском.16 Его также приводит и Ян Длугош, но говорит при этом о «двух золотых крестах, содержащих значительную часть древа Креста Господня».17

Примечания

1. Czermak W. Z czasów Jana Kazimierza. Lwów, 1893. S. 212 n.; Wasilewski T. Ostatni Waza na polskim tronie. Katowice, 1984. S. 284; Wójcik Z. Jan Kazimierz Waza. Wrocław, 1997. S. 209—210, 235.

2. Raffin L. Anne Gonzague, princesse palatine. 1616—1684. Paris, 1935. P. 286—287.

3. «Crux cum ligno Vitae, krzyżyki Ruskie y Reliquiae z skarbów Ruskich za Kazimierza pobrane...» (Niemcewicz J.U. Zbiór pamiętników historycznych o dawnej Polszczę. Т. III. Warszawa, 1822. S. 68).

4. Dąbrowska E. Królów polskich relikwiarz koronacyjny Krzyża Świętego. S. 81.

5. Kopera F. Dzieje skarbca koronnego, czyli klejnotów i insygniów koronnych Polski. Kraków, 1904. S. 42.

6. Frolow A. La relique de la Vraie Croix. Recherches sur le développement d'un kulte. Paris, 1961. P. 484, Nr. 661.

7. Halecki O. La Pologne et l'empire byzantin // Byzantion. T. VII. Bruxelles, 1932. P. 54—56; Barker J.W. Manuel II Paleologus (1391—1425). New Brunswick, 1969. P. XXXIII.

8. Joannis Dlugossii senioris canonici Cracoviensis. Opera omnia / Ed. A. Przeździecki. T. IV. Kraków, 1876. P. 188.

9. См.: Ibid. T. III. P. 197, 317.

10. «Item crucem auream pretiosissimam plus quam decern milia florenorum valentem ecclesiae Cracoviensi» (MPH. T. II. P. 635).

11. Ibid. P. 910—911.

12. Joannis Dlugossii senioris canonici Cracoviensis. Opera omnia. T. III. P. 317.

13. Balzer O. Skarbiec i archiwum koronne w dobie przedjagiellońskiej. Lwów, 1917. S. 444.

14. О военных действиях Казимира Великого на Руси в 1340 г. см.: Paszkiewicz H. Polityka ruska Kazimierza Wielkiego. Kraków, 2002. S. 50 n.

15. «Ubi spolia multa in Argento, auro et gemnis, thesaurum ducum antiquorum tollens, inter quod erant aliquot cruces aurae, principue unam, in qua magna quantitas de ligno crucis Domini fuit reperta...» (MPH. T. II. P. 860).

16. Ibid. T. III. P. 200.

17. «...inter quae duos cruces aureas notabili portione ligni Domini insignes» (Joannis Dlugossii senioris canonici Cracoviensis. Opera omnia. T. III. P. 197).

 
© 2004—2022 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика