Александр Невский
 

Страхи князя Михаила 1240—1241 гг.

Михаил бежа по сыну своемь перед татары в Угры.

Ипатьевская летопись

В Галицкой летописи указано, что Даниил Романович уехал в Венгрию за помощью еще до осады Киева монголами: «В то бремя Даниил уехал в Угорскую землю к королю и еще не слышал о приходе поганых татар на Киев». Но перед этим в его жизни неожиданно объявился не кто иной, как беглый киевский князь Михаил Всеволодович, заклятый враг галицкого князя. Как мы помним, этот деятель, замарав себя кровью монгольских послов и подставив этим под удар весь Киев, быстренько собрал барахлишко и рванул в Венгрию, где в это время околачивался его непутевый сын Ростислав. Князь так стремился обнять своего отпрыска, что даже забыл захватить с собой свою жену, которая осталась в городе Каменце. Расплата последовала быстро — в Каменце объявился владимиро-суздальский князь Ярослав, который захватил в плен и княгиню, и Михаиловых бояр, и сам город Каменец взял. Этим воспользовался Даниил Галицкий, у которого были хорошие отношения с Ярославом, а поскольку жена Михаила Всеволодовича приходилась ему сестрой, то он на правах брата и попросил суздальского властелина отпустить родственницу к нему. Ярослав Всеволодович любезно согласился и откликнулся на эту просьбу, а галицкий князь получил возможность держать своего строптивого родственника из Чернигова на коротком поводке.

А тот скоро дал сам о себе знать, да в какой форме! Зачинщик большинства смут в Южной и Юго-Западной Руси, попортивший немало крови Даниилу и его брату Васильку, униженно молил о прощении, все свои происки против братьев Романовичей объявлял дурным влиянием на него галицких бояр, а сам просил ни много ни мало как политического убежища. Дело в том, что когда Михаил Всеволодович объявился в Венгрии, то его сын Ростислав в это время занимался сватовством к дочери венгерского короля. Трудно сказать, чем бы закончилось это сватовство, не появись в самый неподходящий момент отец жениха. Вот уж такой родственник королю Беле был точно не нужен — мало того что потерял на Руси все свои земли, так за ним еще хвост из монгольской орды тащится! И потому автор Галицкой летописи не без ехидства отметил: «Король не дал свою дочь замуж за Ростислава и прогнал его прочь». Тогда Михаил и Ростислав отправились к мазовецкому князю Конраду, потерлись при его дворе и, видя, что особого толку не предвидится, стали слать послов к Даниилу и Васильку.

Киев. А. ван Вестерфельд. Руины неизвестного храма. XI в. Западный фасад

Но что самое удивительное, князь Даниил откликнулся на мольбы своего поверженного врага и проявил по отношению к нему благородство, которое было трудно ожидать в этот страшный и кровавый век. Он не только возвратил ему свою сестру, но и дал в кормление Ростиславу Луцк с правом сбора дани, а Михаилу Всеволодовичу братья Романовичи пообещали ни много ни мало как возвращение в Киев. Судя по всему, ситуация складывалась такая, что Даниилу стало выгодно отправить своего незадачливого родственника в Южную Русь, причем не просто так, а дав ему воинские контингенты и снабдив всем необходимым вплоть до запасов продовольствия. Расчет князя, скорее всего, строился на том, что если Михаил Всеволодович с дружиной и подкреплениями окажется в Киеве, то Батый может очень надолго увязнуть под этим городом, а то и вовсе его не взять. В этом случае его поход на Юго-Западную Русь будет под большим вопросом, а за это время Даниил Романович надеялся поднять на борьбу с монголами венгерского короля.

И все бы оно было хорошо, если бы не панический страх Михаила Всеволодовича перед монголами, которых он боялся как огня. Было бы гораздо лучше, если бы во главе подобного предприятия князь Даниил поставил его сына Ростислава — тот хоть и был известным смутьяном, любителем схватить то, что плохо лежит, но зато и воин был бесстрашный, умелый, не раз смотревший смерти в лицо. А так князь Михаил тянул время, дождался, пока Батый осадит Киев, а поскольку до князя Мстислава Глебовича, который в свое время выступил на выручку Чернигову, ему было очень далеко, то и на помощь осажденной столице Южной Руси он не спешил. А когда пришла весть о том, что Киев пал, Михаил Всеволодович вновь ударился в панику и бросился назад в Польшу к князю Конраду. Ростислав отправился вслед за отцом, но страх бывшего киевского князя перед монголами был так велик, что он ударился в бега еще дальше на запад. Трудно сказать, как далеко собирался бежать князь Михаил, но у города Середа в Силезии его громадный обоз был атакован немцами — княжеская дружина была разбита, а все добро разграблено, и при этом погибла внучка князя. Теперь Михаил Всеволодович снова пустился в бега, только на этот раз в обратную сторону — опять под крыло к Конраду Мазовецкому. Душевное состояние князя было прескверным, ибо пожаром уже начали заниматься окраины Восточной Европы, а шансов вернуться на Русь у него пока не было никаких. Потому и остался он на некоторое время при мазовецком дворе, решив отсидеться от опасности, ожидая, когда же схлынет волна нашествия. А что касается братьев Романовичей, то их попытка привлечь князя Михаила к союзу против монголов закончилась полной неудачей, и потому Даниил отправился в Венгрию, надеясь убедить короля Белу выступить против Батыя. Но пока князь околачивался при венгерском дворе и тщетно расточал перед королем свое красноречие, на его землю обрушился страшный удар монголов.

 
© 2004—2018 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика