Александр Невский
 

I. Русь и Прибалтика в IX—XI веках

Исторические судьбы народов Прибалтики с древнейших времён тесно связаны с судьбами великого русского народа. Ближайшие соседи на равнине Восточной Европы, русский и прибалтийские народы не имеют между своими территориями сколько-нибудь серьёзных естественных границ. Земли эстонского и латвийского народов, являющиеся приморской окраиной восточноевропейской равнины, имели огромное значение для русской государственности с первых шагов её существования: через эти земли пролегали важнейшие торговые пути в Балтийское море и Западную Европу. Благодаря близкому соседству и торговле, проходившей через Прибалтику, рано возникают политические и культурные связи, которые втянули прибалтийские народы в состав русской государственности и положили начало исторической дружбе трёх народов, не прерывавшейся, несмотря на тягчайшие испытания, с незапамятных времён до сегодняшнего дня. Трижды немецкое вторжение пыталось оторвать Прибалтику от России (XIII век, 1918 год, 1941 год), но борьба против немцев, напротив, укрепляла дружественные узы, связывающие русский и прибалтийские народы.

Тысячу лет назад русский, эстонский и латвийский народы совместно начали свой исторический путь.

Восточная Прибалтика издавна была населена племенами, принадлежавшими к двум различным семействам — финскому и литовскому. Всю северную и среднюю полосу её занимали народы финской группы, известные у западноевропейских писателей под именем «эстов» (восточных). Южную полосу Прибалтийского края заселяли племена литво-латышские: семигаллы, селы, летты и леттгаллы, жившие по среднему течению Западной Двины. Благодаря тесному соприкосновению финских и литво-латышских племён ещё в глубокой древности возникли народности смешанной крови: это были куроны, занимавшие Куронский полуостров, и ливы, обитавшие по нижнему течению Западной Двины и берегам Рижского залива1. По имени ливов, с которыми раньше, чем с другими прибалтийскими племенами, познакомились европейцы, восточная Прибалтика в средние века носила название Ливонии.

К востоку от территории, занятой прибалтийскими народами, жили: восточные славяне: кривичи полоцкие были соседями литво-латышских племён, новгородские славяне — эстов. Русские летописцы хорошо знали своих западных соседей: эсты фигурируют в летописях под именем чуди, леттгаллы под именем летьголы, семигаллы — Зимеголы, ливы — либи, куроны — корси. В силу территориальной близости между прибалтийскими народами и восточными славянами издавна существовали торговые и политические сношения. Эти сношения на первых порах сводились к обмену излишками продуктов, взаимным набегам и столкновениям, а иногда к союзам для борьбы против общих врагов. В дальнейшем условия исторического развития способствовали возникновению более тесных уз между прибалтийскими и восточнославянскими племенами.

Благодаря своему географическому положению народы Прибалтики и восточные славяне рано оказались втянутыми в торговые связи, существовавшие в VIII—XII веках между северо-западом Европы и странами арабского востока и Византией. Из Скандинавии в богатые арабские страны, славившиеся своими шелками, искусно выделанными клинками и прочим оружием, шёл путь по Финскому заливу, Меве, Волхову, Мсте и далее по Волге и Каспийскому морю. В Византию вёл путь «из варяг в греки», который начинался в Финском заливе и затем шёл по Неве, Волхову, Ловати, Днепру в Чёрное море. Другое ответвление пути «из варяг в греки» проходило из Рижского залива по Западной Двине и далее по Днепру и Чёрному морю. По этим путям, в поисках лёгкой наживы и выгодной службы, устремлялись на «во-:ток» дружины «варягов» — скандинавов, смелых искателей приключений, соединявших в своём лице воинов, купцов и пиратов.

Скандинавские саги (сказания), рунные надписи, вырезанные на камнях в честь павших героев, повествуют о походах скандинавов в Восточную Прибалтику и славянские земли, о богатой дани, собранной там с местного населения. В те далёкие времена славянам и народам Прибалтики одинаково приходилось страдать от нападений скандинавов и бороться против смелых и предприимчивых пришельцев.

Об общности исторических судеб славян и их прибалтийских соседей говорит наша древняя летопись, которая сообщает о том, что в половине IX века чудь, новгородские славяне и кривичи были покорены варягами и принуждены выплачивать им дань. Но народы Восточной Европы не долго терпели иноземное иго. Новгородские славяне и кривичи соединились с чудью, изгнали варягов за море, а затем (так рассказывает летопись), решили призвать для наведения порядка и защиты от внешних нападений варяжского князя Рюрика с братьями. Таким образом, у истоков русской государственности мы видим славян и их прибалтийских соседей (чудь), объединёнными в добровольном и равном союзе для борьбы против иноземных захватчиков.

В дальнейшем, в связи с более быстрыми темпами исторического развития восточных славян, меняется характер взаимоотношений между ними и прибалтийскими племенами. В IX—X веках у восточных славян начинают складываться феодальные отношения. Образуются первые княжества. В конце IX века Олег, княживший, согласно летописи, в Новгороде, спускается со своими воинами из Новгорода вниз по Днепру, завоёвывает Киев и кладёт, таким образом, начало Киевскому государству. В походе Олега, помимо варягов и славян, участвовала и чудь (эсты). Утвердившись в Киеве, Олег в 907 году организовал грандиозный поход на Византию, завершившийся славной победой русского оружия и поражением Византийской империи. И на этот раз в войске Олега наряду с славянами находилась чудь. Трудно сказать, на каких правах чудь-эсты принимали участие в походах Олега: как союзники, или, и это вероятнее, как племена зависимые, обязанные поставлять вспомогательные отряды русским князьям.

Кривичи полоцкие в состав государства Олега, по-видимому, не входили. Полоцкое княжество оставалось самостоятельным. В конце X века Полоцком правил князь Рогволод, пришедший, по словам летописи, из-за моря. Только в 980 году киевский князь Владимир после долгой и упорной борьбы разбил Рогволода, и Полоцкое княжество вошло в состав Киевского государства. Вместе с Полоцком в зависимости от империи Рюриковичей (империей Рюриковичей Маркс называет Киевское государство по имени правящего княжеского дома Рюриковичей) оказались и латышско-ливонские племена, заселявшие бассейн Двины. Русские купцы давно уже совершали поездки из Полоцка вниз по Двине, торгуя с туземным населением. Вслед за ними шли дружинники полоцких князей, подчинявшие и облагавшие данью окрестные племена.

После присоединения Полоцка к Киевскому государству влияние русских распространилось на всё течение Западной Двины вплоть до берегов Рижского залива. Об этом свидетельствует интересная археологическая находка: при раскопках могил в низовьях Западной Двины найдена бронзовая подвеска с изображением трезубца — родового знака Рюриковичей, относящаяся к концу X века. Такие подвески носили на груди как знак своей высокой власти сборщики дани и другие лица, которые посылались киевским князем в различные края государства для получения дани и отправления правосудия над местным населением. Возможно, что уже в это время были основаны русскими на Двине в качестве опорных пунктов укрепления Герцикэ и Кукенойс, ставшие впоследствии центрами небольших русских княжеств.

Во времена Владимира Эстония также была подвластна киевскому князю. Эсты участвовали в походе Владимира против Рогволода Полоцкого. Позже, около 997 года, дружинник Владимира Сигурд Эйриксон от имени киевского князя собирал в Эстонии дань.

Преемник Владимира князь Ярослав Мудрый сделал попытку закрепить русское влияние в Эстонии и создать там центр оседлой русской власти. В 1030 году Ярослав основал на берегу реки Эмбах новый город, который по своему христианскому имени — Юрий — назвал Юрьевом. В княжение Ярослава (1019—1054 годы), широко раздвинувшего границы империи Рюриковичей, влияние русских в Прибалтике достигло наибольшего распространения. В перечне данников Руси, относящемся ко времени Ярослава, летописец называет из прибалтийских племён чудь, литву, зимеголу, корсь, либь.

После смерти Ярослава начинается новый период русской истории, период феодальных смут и усобиц. Империя Рюриковичей распадается на отдельные феодальные княжества. Эти княжества дробятся на ещё более мелкие. Между князьями происходит кровавая междоусобная борьба. Меркнет «дедовская слава», как печально говорит автор «Слова о полку Игореве», князей, собиравших русскую землю, расширявших и укреплявших её пределы. Со всех сторон «с победами» приходят «поганые»: с запада — литовцы, с востока — половцы. В этих условиях русское влияние в Прибалтике ослабляется. Перестают платить дань русским князьям куроны, независимыми становятся семигаллы, но судьбы двинских ливов и латышей по-прежнему остаются тесно связанными с Полоцким княжеством, а судьбы эстов — с Новгородом.

Примечания

1. В результате слияния всех этих племён (семигаллов, селов, леттгаллов, леттов, ливов и частично куронов) образовался современный латвийский народ, причём основное ядро его составили летты (латыши).

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика