Александр Невский
 

Глава вторая. Церковь и государство в политической мысли конца IX в.

Сравнительно небогатый жанр византийских «княжеских зерцал» представлен в правление императора Василия I (867—886) сразу двумя сочинениями: «Учительными главами» и «Вторым поучением» Василия своему сыну, будущему императору Льву VI1. Если «Учительные главы» относительно известны в византиноведении2, то «Второе поучение» практически не упоминается в византиноведческой литературе3. Памятником, с которого предстоит начать анализ, являются «Учительные главы» Василия I4, написанные около 880 г. Поскольку в предыдущих разделах конфессиональные элементы представлений о социальной роли императора играли ведущую роль, обратим прежде всего внимание на их место в «Учительных главах»5. При этом будем иметь в виду как содержательный аспект (тематика глав), так и формальный (выдвижение темы в начало сочинения, частотность обращения к ней, соединение темы с определением «императорский» и т. п.).

Разумеется, обращение в первую очередь к конфессиональной стороне темы продиктовано не только логикой предшествующего развития политической идеологии в Византии или последовательностью изложения, принятой в настоящей книге. Решающее значение принадлежит факторам, определявшим в конкретно-исторической ситуации второй половины IX в. актуальность проблематики: внутренний раскол византийской церкви на сторонников патриарха Игнатия (848—858, 867—877) и приверженцев патриарха Фотия (858—867, 877—886), обострившиеся разногласия константинопольской церковной иерархии с папским престолом в Риме, роль императоров Василия I и Льва VI в этих событиях, наконец, попытка церкви юридически закрепить разделение сфер государственной и церковной компетенции.

Примечания

1. Migne. PG. Vol. 107. XXI—LX.

2. На них подробно останавливаются: Krumbacher K. Geschichte der byzantinischen Litteratur. 2. Aufl. München, 1897. S. 457—458; Hunger H. Die hochsprachliche profane Literatur der Byzantiner. München, 1978. Bd. 1. S. 160—161; ссылается: Simon D. Princeps legibus solutus // Gedächtnisschrift für W. Kunkel. Frankfurt a.M., 1984. S. 480—481; им посвящены статьи: Čičurov I. Gesetz und Gerechtigkeit in den byzantinischen Fürstenspiegeln des 6.—9. Jahrhunderts // Cupido legum / Hrsg. L. Burgmann et al. Frankfurt a.M., 1985. S. 33—45; Чичуров И.С. Традиции и новаторство в политической мысли Византии конца IX в. // ВВ. 1986. Т. 47. С. 95—100.

3. Краткое упоминание трактата Крумбахером (Krumbacher K. Op. cit. S. 458) не воспроизводится в соответствующей части заменяющего этот труд современного издания Хунгера {Hunger H. Op. cit. S. 160—161).

4. В византиноведении существуют, хотя и не аргументированные специально, сомнения относительно авторства Василия I, равно как и предположительная атрибутация претендующих на риторику, объединенных искусным акростихом «Учительных глав» патриарху Фотию. См.: Krumbacher V. Op. cit. S. 458; Hunger H. Op. cit. Bd. 1. S. 160. Как бы ни решался конкретный вопрос о непосредственном авторе «Глав», их тем не менее следует рассматривать как памятник политической мысли конца IX в., созданный либо Василием, либо от его лица Фотием.

5. В опубликованной нами статье об «Учительных главах» (Чичуров Н.С. Традиция и новаторство) мы ставили перед собой более узкую, конкретную задачу — отметить черты нового в этом сочинении по сравнению с литературой VI — начала IX в. Поэтому мы не касались вероисповедальных аспектов, предполагая обратиться к ним позже.

 
© 2004—2022 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика