Александр Невский
 

«Хроника Ливонии» Генриха. I, II

Текст

I. Liber primus. De Lyvonia.

1. DE PRIMO EPISCOPO MEYNARDO. Divina providenda, memor Raab et Babilonis, vidilicet confuse gentilitatis, nostris et modernis temporibus Lyvones ydolatras ab ydolatrie et peccati sompno taliter igne sui amoris excitavit.

2. Fuit vir vite venerabilis et venerande coniciei, sacerdos ex ordine beati Augustini in cenobio Sigebergensi. Hic simpliciter pro Christo et predicandi tantum causa cum comitatu mercatorum Lyvoniam venit. Theutonici enim mercatores, Lyvonibus familiaritate coniuncti, Lyvoniam frequenter navigio per Dune flumen adire solebant.

3. Accepta itaque licencia prefatus sacerdos a rege Woldemaro de Ploceke, cui Lyvones adhuc pagani tributa solvebant, simul et ab eo muneribus receptis, audacter divinum opus aggreditur, Lyvonibus predicando et ecclesiam in villa Ykescola construendo.

4. Ex eadem villa primus Ylo, pater Kulewene, et Viezo, pater Alonis, primi baptizantur, aliis vicissim sequentibus.

5. Proxima hyeme Lettones vastata Lyvonia plurimos in captivitatem abducunt. Quorum rabiem declinans idem predicator cum Ykescolensibus silvis committitur. Recedentibus Letthonibus causatur iam dictus Meynardus Lyvonum stulticiam, eo quod municiones nullas habeant, quibus castra fieri pollicetur, si filii Dei censeri et esse decreverint. Placet et promittitur et, ut baptismum recipiant, iuramento firmatur.

6. Igitur estate proxima a Gothlandia lapicide adducuntur. Interim suscipiende fidei sinceritas a Lyvonibus confirmatur secundo. Ante casrti Ykescolensis inchoacionem pars populi baptizatur et facto castro universitas se baptizandam, licet mendaciter, pollicetur. Ergo muri a fundamentis exsurgunt. Quinta pars castri sicut a predicatoris surgit expensis, sic eius cedit proprietati, ecclesie fundo ab eo primitus comparato. Perfecto demum castro baptizati recidivant, nondum renati fidem suscipere detrectant. <...>

7. Vicini Holmensis simili promissione prefatum Meynardum circumvenientes facto sibi castro de dolis lucra reportant. Sex primitus qualicumque intencione baptizati sunt, quorum nomina sunt Viliendi, Uldenago, Wade, Waldeko, Gerweder, Vietzo.

8. Inter duorum predictorum castrorum constructionem a Bremensi metropolitano Meynardus in episcopum ordinatur.

9. Consummato autem castro secundo oblita iuramenti mentita est iniquitas sibi, nec est usque ad unum, qui fidem suscipiat. Turbatur nimi-rum predicantis aminus, presertim cum pedetentim rebus suis expilatis, colaphizata familia ipsum suis de finibus exterminare decernant. <...>

11. Visa autem Lyvonum pertinacia et labore cassato episcopus predictus collectis clericis cum fratribus mercatorum naves iam in pascha Gothland iam ituras recedendi proposito aggreditur. Unde Lyvonum astucia christianorum timet et suspicatur super se venturum exercitum, unde dolis et lacrimis et aliis multis modis prefatum ficte revocare student episcopum. <...> Et ipsi Lyvones plene se fidem suscepturos repromittunt. Credit innocens omni verbo et mercatorum consilio simulque futuri exercitus fiducia accepta cum Lyvonibus revertitur. Promiserant enim aliqui de Theuthonicis et quidam de Danis et de Normannis et de singulis populis exercitum se, si opus foret, adducturos. <...> Statuit diem, ut colligat populum promissi monendum. Diem non servant, promissum non implent. Unde cum suis captato consilio in Estoniam ire proponit, quatinus cum illis, qui ibi hyemaverant, mercatoribus pergat Gothlandiam. Interim Lyvones in via eius procurant interitum, sed ab Annone Thoredensi premunitur et redire monetur. Itaque multipliciter perplexus Ykescolam revertitur, terram declinare non valens.

12. Unde pro captando consilio domno pape clam nuncium suum, fratrem Theodericum de Thoreyda, direxit. Qui videns se de terra exire non posse, pio dolo vicit Lyvonum insidias, vectus equo, habens stolam, librum, aquam benedictam, quasi infirmum visitaturus; et hanc vie sue causam viatoribus interrogantibus pretendens, terram exeundo evasit et ad summum usque pontificem pervenit. Summus itaque, pontifex audito numero baptizatorum non eos deserendos censuit, sed ad observationem fidei, quam sponte promiserant, cogendos decrevit. Remissionem quippe omnium peccatorum induisit omnibus, qui ad resuscitandam illam primitivam ecclesiam accepta cruce transeant.

13. Iam tunc idem episcopus cum duce Suecie, Theuthonicis et Gothis Curones bello adierant, sed tempestate depulsi Vironiam, Estonie provinciam, applicant et triduo terram vastant. Sed dum Virones de fide recipienda tractarent, dux, accepto potius tributo ad eis vela sustollens divertit in molestiam Theutonicorum.

14. Interea pie memorie Meynardus episcopus post multos labores et dolores decidit in lectum et videns se moriturum Lyvonie et Thoreide convocat quosque seniores, inquirens, si post mortem suam deinceps carere velint episcopo. Illi autem magis se episcopo et patre gaudere velle communiter affirmant. Et post paululum episcopus diem clausit extremum.

II. Liber secundus. De episcopo Bertoldo.

1. DE CONSECRATIONE EPISCOPI BERTOLDI. Celebratis secundum morem exequiis et episcopo qualicunque Lyvonum planctu et lacrimis sepulto de successore tractatur et ad Bremensern metropolium pro persona ydonea mittitur. Demonstratur de Cysterciensi ordine Lucensis abbatis Bertoldi reverenda persona. Difficilis quidem primitus ad eundum exhibetur, sed metropolitani victus precibus predicationis onus aggreditur.

2. Factus episcopus, primo sine exercitu Domino se committens fortunam exploraturus Lyvoniam pergit, Ykescolam venit et ecclesie dotem ingrediens quosque meliores tam paganos quam christianos coram se colligit. Quos potibus et escis et muneribus datis placare laborat, dicens se eorum vocatione venisse et predecessori suo in solium successisse. Quem quidem primo blande suscipiunt, sed ipsum in Holmensis cymiterii consecratione alii in ecclesia concremare, alii occidere, alii submergere concertabant, egestatem adventus sui causam esse improperabant.

3. Talibus iniciis consideratis clam naves adiit et Gothlandiam revertitur et in Saxoniam procedens Lyvoniensis ecclesie ruinam tam domno pape quam metropolitano et Christi fidelibus conqueritur universis. Igitur domnus papa cunctis signum crucis accipientibus et contra perfidos Lyvones se armantibus remissionem indulget peccatorum, litteras super hiis eidem episcopo Bertoldo sicut et suo dirigens predecessori.

4. Episcopus ergo collectis viris Lyvoniam venit cum exercitu, ad castrum Holme procedens, quod quidem in medio fluminis situm est. Hic misso trans aquam nuncio querit, si fidem suscipere et susceptam servare decernant. Qui se fidem recognoscere nolle nec servare velle proclamant. <...>

5. <...> Dirigunt tamen episcopo nuncium, causam exercitus superducti requirentes. Respondet episcopus causam quod tamquam canes ad vomitum, sic a fide sepius ad paganismum redierint. Item Lyvones: «Causam hanc», inquiunt, «a nobis removebimus. Tu tantum remisso exercitu cum tuis ad episcopium tuum pace revertaris, eos, qui fidem susceperunt, ad eam servandam compellas, alios ad suscipiendam eam verbis non verberibus allicias». Episcopus ab eis huius securitatis obsides filios ipsorum requirit, et illi penitus se daturos contradicunt. Interea colligende partis eorum causa breves dant et recipiunt inducias, missis invicem lanceis secundum morem ad confirmacionem pacis. In qua pace plures Theutonicos equis pabula querentes occiderunt. Quo viso domnus episcopus ipsorum lancea remissa paci contradixit.

6. DE BELLO E[PISCOPI] BERTOLDI ET [OCCI]SIONE IP[SUS]1. Vociferantur et constrepunt paganico more Lyvones. Armantur ex adverso Saxonum acies ad pugnandum, in paganos precipitantes insultum. Fugiunt Lyvones. Episcopus equi ab eo male detendi velocitate inmiscetur fugientibus. Quem duobus complectentibus tercius, Ymaut nomine, a tergo lancea perfodit, quem et alii membratim dilacerant. <...> Amisso etenim capite suo nimirum turbatur exercitus et tam equis quam navibus, tam igne quam gladio Lyvonum perdunt segetes.

7. DE BAPTISMO HOLMENSIUM ET YKESCOLENSIUM. Quo viso Lyvones, ut maioribus dampnis occurrant, pacem innovant et vocatis ad se clericis primo die in Holme circiter L baptizati sunt, sequenti die in Ykescola circiter centum convertuntur. Sacerdotes per castra suscipiunt, annone mensuram de quolibet aratro ad expensas cuiusque sacerdotis statuendo. Hiis visis mitigatur exercitus et ad reditum preparatur.

8. Lyvones igitur amisso pastore suo consilio clericorum et fratrum nuncios pro successore novo in Theutoniam mittunt. Et sic credula pacis incerte Saxonum turba revertitur. Manent clerici, manet navis una mercatorum. <...>

9. Mense peracto rupta pace fratres capiendo et male tractando in bona ipsorum grassantur, ea furtim et violenter auferendo. <...>

10. Proxima quadragesima collecta Lyvonum universitas decernit, ut quicumque clericus in terra permaneat post pascha, capite puniatur. Unde tam timore mortis quam querendi pastoris causa clerici Saxoniam pergunt. Decreverunt eciam Lyvones mercatores, qui remanserant, occidere. Sed mercatores dantes munera senioribus vite sue consuluerunt.

Перевод

I. Книга первая. О Ливонии.

1. О ПЕРВОМ ЕПИСКОПЕ МЕЙНАРДЕ. Божественное провидение, помнящее о Раабе и Вавилоне, то есть, о заблуждении язычников, вот каким образом в наше нынешнее время огнем любви своей пробудило от греховного сна в идолопоклонстве идолопоклонников ливов [1].

2. В Зегебергской обители был священник Ордена блаженного Августина [2] Мейнард, убеленный сединами муж, проведший достойную жизнь [3]. Просто ради дела Христова и только для проповеди прибыл он в Ливонию вместе с купцам. Тевтонские купцы, сблизившись с ливами, часто посещали Ливонию, плавая на кораблях по реке Двине [4].

3. Так вот, получив позволение, и, кроме того, дары от короля полоцкого [5] Владимира [6], которому ливы, еще остававшиеся язычниками, платили дань [7], упомянутый священник смело приступил к Божьему делу, начав проповедовать ливам и построив церковь в деревне Икескола [8].

4. Первые в этой деревне крестились Ило, отец Кулевене, и Виэцо, отец Ало [9], а вслед за ними и другие.

5. В следующую зиму [10], литовцы, разорив Ливонию, очень многих увели в плен [11]. Прячась от их ярости, проповедник вместе с икескольцами укрылся в лесах. Когда же они ушли, Мейнард начал обвинять ливов в глупости за то, что у них нет никаких укреплений [12]. Он обещал построить им замок, если они решат стать детьми Божьими и будут ими. Они согласились, дали обещание и клятвенно подтвердили, что примут крещение [13].

6. В следующее лето из Готландии [14] привезли камнетесов. Между тем ливы вторично подтвердили свое искреннее желание принять христианство. Перед началом строительства замка в Икесколе часть народа крестилась, а все остальные обещали, но лживо, креститься, когда замок будет построен. Начали возводить стены на фундаменте. Так как пятая часть замка строилась на средства проповедника, она поступала в его собственность [15], а землю для церкви он приобрел ранее [16]. Как только замок был закончен, крещенные вновь возвратились к язычеству, а те, кто еще не крестились, отказались принять христианство. <...>

7. Соседи их из Гольма подобными же обещаниями обманули Мейнарда и получили выгоду от своей хитрости, поскольку им также был построен замок [17].

8. Пока строились оба упомянутых замка, Мейнард был посвящен в епископы бременским архиепископом [18].

9. Когда был закончен второй замок, нечестные люди, забыв клятву, нарушили договор, и не нашлось ни одного, кто принял бы христианство [19]. Неудивительно, что проповедник смутился духом, особенно когда мало-помалу имущество его было расхищено, людей его избили, а самого его ливы решили изгнать из своих владений.

11. Когда вышеупомянутый епископ убедился в упорстве ливов и в том, что дело его рушится, он, собрав священников и братию [20], решил вернуться назад и направился к купеческим кораблям, которые готовились к Пасхе отправиться в Готландию [21]. Тут коварные ливы, со страхом предвидя, что потом придет христианское войско [22], стали хитростью, слезами и многими другими способами лицемерно удерживать епископа. <...> И вновь все ливы обещали принять христианство. Бесхитростный, он поверил всем словам [23] и по совету купцов, надеясь к тому же на прибытие войска [22], вернулся с ливами назад. Дело в том, что кое-кто из тевтонов, датчан, норманнов и других обещали, если будет нужно, привести войско [22]. <...> Он назначил день, когда собрать народ, чтобы напомнить об обещании принять крещение, но ливы в назначенный день не пришли и обещание не исполнили. Тогда, посоветовавшись со своими, он решил отправиться в Эстонию, чтобы вместе с зазимовавшими там купцами вернуться в Готландию [24]. Между тем ливы готовили ему гибель во время этого путешествия, но Анно из Торейды [25] предупредил его об этом и убедил вернуться. И так после многих колебаний епископ вернулся в Икесколу, не имея возможности покинуть страну.

12. Поэтому он тайно отправил к господину папе [26] своего посла, брата Теодориха из Торейды [27], чтобы получить от него совет. Видя, что ему иначе не выбраться из страны, благочестивой хитростью избежал козней ливов. Он ехал верхом, надев столу [28], держа книгу и святую воду, как будто для посещения больного. <...> и таким образом сумел ускользнуть, выбрался из страны [29] и прибыл к верховному первосвященнику. Понтифик, услышав о числе крещенных, решил, что их надо не покидать, а принудить к сохранению веры, если они добровольно обещали принять ее. Поэтому он даровал полное отпущение грехов всем тем, кто, приняв крест, пойдет, чтобы восстановить первую церковь [30].

13. Тогда же епископ [31] вместе со шведским герцогом [32], тевтонами и готами [33] начали войну с курами [34], но бурей их отогнало в сторону. Они пристали к берегу эстонской области Вирония [35] и в течение трех дней разоряли ее. Но хотя виронцы уже начали было переговоры о принятии христианства, герцог предпочел взять с них дань, поднял паруса и отплыл, к недовольству тевтонов [36].

14. Между тем блаженной памяти епископ Мейнард после множества трудов и огорчений слег [37] в постель и, понимая, что умирает, созвал [37] всех старейшин Ливонии и Торейды [38] и спросил, хотят ли они остаться опять без епископа после его смерти. Те все как один заявили, что предпочитают иметь епископа и отца. Немного позже епископ закончил свои дни [39].

Книга вторая. О епископе Бертольде.

1. О ПОСВЯЩЕНИИ ЕПИСКОПА БЕРТОЛЬДА. Когда был совершен по обычаю похоронный обряд и епископ был погребен не без слез и сожалений со сторон некоторых ливов, стали думать о преемнике и послали к бременскому архиепископу за подходящим человеком. Выбор пал на почтенного аббата цистерцианского монастыря в Локкуме Бертольда [1].

2. Став епископом, он, поручив себя Господу, сначала отправился в Ливонию без войска, надеясь на удачу. Прибыв в Икесколу [2], он вступил во владение церковью и собрал к себе всех лучших людей, как язычников, так и христиан [3]. Предложив им напитки, угощение и подарки, он старался расположить их к себе и говорил, что прибыл по приглашению, чтобы во всем заменить своего предшественника. Сначала они ласково его приняли, но потом во время освящения Гольмского кладбища [4] наперебой старались: одни — сжечь его в церкви [5], другие — убить, третьи — утопить. Причиной его прибытия они считали бедность.

3. Увидев такое начало, он тайно сел на корабль и вернулся в Готландию, оттуда отправился в Саксонию и обратился к господину папе [6], к архиепископу [7] и всему христианству с жалобой на гибель ливонской церкви. Господин папа даровал отпущение грехов всем, кто примет на себя знак креста и вооружится против вероломных ливов, и об этом он дал грамоту епископу Бертольду, как и его предшественнику [8].

4. Набрав людей, епископ прибыл с войском в Ливонию и подошел к замку Гольм, который был расположен посредине реки. Отправив туда через реку посла, он спросил, решили ли они принять христианство, а приняв, сохранить его. Те заявили, что ни признавать, ни соблюдать не хотят. <...>

5. <...> Они все же послали к епископу гонца спросить, зачем он привел войско. Причина в том, ответил епископ, что они, как [9] псы на блевотину, все время возвращаются [9] от христианства к язычеству. Тогда ливы сказали: «Эту причину мы устраним. Только ты отпусти войско, мирно возвращайся со своими в свое епископство и тех, кто принял христианство, заставляй соблюдать его, а других побуждай к принятию его речами, а не мечами [10]». Епископ потребовал у них в залог своей безопасности их сыновей [11], но они решили между собой не отдавать их, однако под предлогом сбора части заложников предложили краткое перемирие и получили его, при этом, по обычаю, стороны обменялись копьями [12]. Во время этого перемирия они перебили много тевтонов, искавших корм для лошадей. Увидев это, епископ отослал им назад копье и прервал перемирие.

6. О БИТВЕ ЕПИСКОПА БЕРТОЛЬДА И ЕГО СМЕРТЬ. Вопят и шумят ливы по обычаю язычников. Со своей стороны и саксонские войска подготовились к бою и стремительно бросаются на язычников. Ливы бегут. Епископ, не сдержав скачущего коня, смешался с толпой бегущих. Тут двое схватили его, третий, по имени Имаут, пронзил сзади копьем, а другие растерзали его на куски [13]. <...> Потеряв предводителя, войско, конечно, пришло в волнение и стало топтать конями, опустошать с кораблей огнем и мечом созревающие хлеба ливов.

7. О КРЕЩЕНИИ ГОЛЬМЦЕВ И ИКЕСКОЛЬЦЕВ. Увидев это, ливы, чтобы не было еще бо́льших потерь, снова заключили мир, позвали к себе клириков, и в первый день в Гольме крестилось около 50 человек, а на следующий день в Икесколе было обращено около 100. Они приняли по замкам священников и назначили на содержание каждого меру хлеба с плуга [14]. Видя это, войско успокоилось и стало готовиться к возвращению.

8. Ливы, потеряв пастыря, по совету священников и братьев послали гонцов в Тевтонию [15] за преемником ему. В таких условиях саксонский отряд, положившись на непрочный мир, возвратился домой. Остались священники. Остался один купеческий корабль. <...>

9. Через месяц они (ливы. — Е.Н.) нарушили мир, стали захватывать братьев, дурно обращаться с ними, завладели их имуществом, расхитили и разграбили его. <...>

10. Во время ближайшего великого поста [16] ливы сообща решили казнить каждого священника, какой останется в стране после Пасхи. Поэтому клирики отправились в Саксонию и чтобы избежать смерти, и чтобы найти пастыря. Ливы собирались убить и оставшихся купцов [17], но купцы, принеся дары старейшинам, спасли себе жизнь.

Рис. 1. Ливония и Новгородская Русь. XIII в.

Комментарий

К книге I.

1. Хронист имеет в виду цитату из Библии, Псалом 86, 4: «Упомяну знающим меня о Раабе и Вавилоне». Под Раабом здесь подразумевается Египет. Вавилон — древний город в Месопотамии, на р. Евфрат, к юго-западу от современного Багдада. Известен с III тыс. до н. э. В XIX в. до н. э. город стал столицей Вавилонского царства, ведшего длительные войны с соседними государствами. В VI в. до н. э. Вавилонское царство было завоевано персами.

2. Августинцы — последователи святого (в православной традиции — блаженного) Аврелия Августина (354—430 гг.), епископа Гипонского, одного из крупнейших философов-богословов западной христианской церкви, сторонника общежитийства. Учение Августина (общая жизнь клириков согласно Уставу) получило особое распространение с VIII в. В Северной Германии августинские общежитийные монастыри в большом количестве появились в первой половине XII в. [Heimbücher 1933: 396—409; Карсавин 1992: 45, 106—107].

Зегебергский августинский монастырь находился в Зегеберге (теперь — Бадзегеберг) в Гольштейне, на севере совр. Германии (земля Шлезвиг-Гольштейн), был основан в 1134 г. и принадлежал Бременскому архиепископству. Монастырь существовал до второй половины XVI в. [Гельмольд 1963; Haupt 1925: 237].

3. Мейнард — каноник августинского монастыря в Зегеберге. В момент появления его в Ливонии он был уже немолодым человеком, старше 50 лет. Зегебергский монастырь располагался в местности, в которой в 20-х гг. христианство среди западных славян проповедовал монах Вицелин, пользовавшийся большим авторитетом среди духовенства Северной Германии. По мнению А. Хаука, Мейнард еще мог застать Вицелина в живых. Вполне вероятно, что пример Вицелина оказал немаловажное влияние на Мейнарда [Hauck 1953: 623; Назарова 1995 (а): 74—75].

О социальном происхождении Мейнарда точных сведений нет. М. Хельманн и Н. Ангерманн полагают, что он происходил из министериалов Бременского архиепископства. Э. Мугуревичс не исключает, что Мейнард имел знатное происхождение [Hauck 1953: 654; Angermann 1986: 4; Hellmann 1989: 18; IH, komentāri: 333. — 334. 1pp.].

4. Активизация торговых операций северогерманских купцов в устье Западной Двины начинается, по мнению исследователей, с 1182 г. [Hellmann 1989: 19]. Прибытие Мейнарда в Ливонию на основании сопоставления событий относят к 1184 г. [Аннинский 1938, примечания: 453—455; IH, komentāri: 333. — 334. 1рр.], а точнее — к весне этого года, так как, согласно упоминаниям хрониста, корабли прибывали в Ливонию в начале весны, как только устье Западной Двины освобождалось ото льда. Дата — 1184 г. — вычисляется, исходя из года посвящения Мейнарда в епископы, известного по другим источникам (см. ниже, ком. 18).

Исследователи полагают также, что это был уже не первый визит в Ливонию Мейнарда, который сопровождал купеческие корабли в качестве корабельного священника и, возможно, делопроизводителя [IH, komentāri: 333. 1рр.; Pabst 1847: 66].

5. Мейнард должен был отправиться в Полоцк до начала своей миссионерской деятельности, т. е., сразу после прибытия в Ливонию весной 1184 г. Процедура «обмена дарами» была обычной в случае приезда посольства ко двору государя, а кроме того показывала, что принимающая сторона удовлетворена сделанными ей предложениями. Следовательно, правомерен вывод о том, что Мейнард явился в Полоцк в качестве посла своего сюзерена — архиепископа Бременского. Получение же Мейнардом даров от «короля» — князя Полоцкого, говорит в пользу того, что Полоцк также был заинтересован в предложениях немецкой стороны. Последовавшее далее упоминание хрониста о набеге литовцев подтверждает предположение о том, что на этой встрече обсуждалась проблема совместной борьбы с литовскими язычниками. В качестве же встречного шага полоцкий князь мог позволить Мейнарду проповедовать свою веру среди ливов. Удачным для Мейнарда оказалось и отсутствие епископа на полоцкой кафедре с марта по конец июня 1184 г. [Назарова 1995 (а): 75—77]. К тому же в Полоцке, вполне возможно, надеялись, что сами ливы останутся равнодушными к проповедям Мейнарда [см. также ком. 13 и 15]. Правда, в литературе есть и другое мнение по поводу того, что потребовалось от Мейнарда взамен на разрешение вести миссионерскую деятельность. А. Радыньш полагает, что Мейнард должен был собирать для Полоцка дань с ливов [Radiņš 2000: 113]. Эта версия представляется, однако, маловероятной, а аналогия с обязательством епископа Альберта выплачивать Полоцку ливскую дань по договору 1210 г. (см. далее, ГЛ, XIV: 9) — неубедительной. Неясно, как на практике простой миссионер мог осуществлять сбор дани на большой территории в чужой и враждебной ему среде. Епископ Альберт к 1210 г. обладал не только духовной, но и политической властью в Ливонии, а кроме того, располагал военной силой. Рижское епископство складывалось как духовно-государственное образование, в котором уже был налажен порядок сбора церковной десятины. Ничего этого не было в распоряжении Мейнарда.

6. Фигура полоцкого князя Владимира до сих пор остается загадочной. В русских источниках он не упоминается. В историографии давно ведутся споры о том, с кем из известных по русским источникам полоцких князей можно отождествить Владимира [Данилевич 1896: 115; Алексеев 1966: 282; Ермалов1ч 1993: 241—243; Александров, Володихин 1994: 17—20 и др.]. Надо отметить, что хронист упоминает князя Владимира на протяжении 32 лет. Конечно, столь длительное пребывание князя на престоле было вполне возможно, тем более, что не исключались и перерывы в правлении. Все же представляется более вероятным, что хронист ошибочно объединил под одним именем, по крайней мере, двух князей. Князя Владимира, который правил в Полоцке в начале XIII в., хронист, близкий ко двору епископа Рижского Альберта (см. об этом далее), мог знать лично. Что касается князя, к которому Мейнард ездил в 1184 г., то это, скорее всего, известный по летописи князь Всеслав Василькович. Не исключено, что именно заключение договора с Мейнардом и неблагоприятные для Полоцка его последствия стоили Всеславу княжеского стола. Хронист, описывая события, отстоявшие от времени создания хроники на сорок лет, пользовался, вероятно, рассказами даугавских ливов, которые сами могли и не знать имени русского князя. Но для хрониста было важно не имя князя, а указание на законность деятельности католических миссионеров в низовьях Западной Двины [Назарова 1995 (а): 77—78].

7. О том, что двинские ливы в конце XII в. находились в политической зависимости от Полоцкого княжества, свидетельствуют и другие источники. Так, по рассказу Арнольда Любекского, «король Руссии из Полоцка время от времени собирал дань с этих ливов» [Arnoldi chronica: 213]. Это же следует из упоминания «Старшей» рифмованной хроники (раздел II, отр. IV, строфы 645—646) и послания папы Климента III от 01.10.1188 г. (ком. 3 к док. 1).

Согласно сообщению Ипатьевской летописи, в походе 1180 г. киевских и черниговских князей против Давида Смоленского участвовал «Всеслав с полочаны, с ними же бяхоуть и Либь...» [ИЛ: 620].

Рис. 2. Крещение язычников в XII—XIII вв. в изображении современника. [Christiansen 1980, Pl. V].

8. Икескола (Ykeskola) — совр. латыш. Икшкиле (Ikšķile), нем. Икскюль (Ikskül). Древнее ливское поселение на правом берегу Западной Двины в 25 км от Риги. Название этимологически объясняется как «отдельно стоящее поселение» — в отличие от обычного для того района расположения «кустами»: по 2—3 поселения [IH, komentāri: 337. 1рр.]. Судя по результатам археологических исследований, ливское поселение существовало там уже в XI в. Первая построенная в Икесколе церковь была деревянной [Граудонис 1970: 334—335; Graudonis 1970: 47—50; Graudonis 1971: 36—38].

9. Исходя из того, что хронист знает имена не самих первых новообращенных, а только их детей, можно предположить, что именно от этих последних он получил информацию о событиях 80-х гг. Представляется также, что сообщение об их крещении уместнее было бы привести в конце раздела 5, после слов о согласии ливов креститься (ср. ком. 13).

Имена ливов — прибалтийско-финские, встречаются в документах XIII—XV вв. Ylo — этимологически может быть связано с фин. По (радость), эст. ilu (радость, красота). Д. Штёбке, правда, предполагает, что имя могло быть заимствовано из старонемецкого [Kiparsky 1939: 395—396; Stoebke 1964: 153; IH, komentāri: 338]. Имя «Кулевене» (Kulewene) этимологически связывают либо со словосочетанием ливских «kile» и «vana» — «поселок» и «старый», либо с финским «kuula» и эстонским «kuulma» — «слышать» [Stoebke 1964: 92; Alvre 1984, № 9: 541, IH, komentāri: 338]. Виецо (Viezo) может происходить от основы, сходной с эст. «viha» — «злость», «ярость», а Ало («Alo») — либо от прибалтийско-финского корня «ala», либо от древнегерманского «alo», «ali» [Stoebke 1964: 122, 151; Alvie 1984, № 9: 540; IH, komentāri: 338—339].

10. Зима 1184—1185 г. по современному летоисчислению.

11. На земли в нижнем течении Западной Двины нападали литовцы из центральных районов Литвы. Восточные литовцы поддерживали союзнические отношения с Полоцком.

12. Речь идет лишь о каменных укреплениях. Местному населению не был известен известковый раствор, связующий камень. До прихода крестоносцев у народов Восточной Прибалтики в качестве оборонительных сооружений возводились земляные валы, состоявшие из срубных клетей, наполненных камнями, а сверху засыпанных землей. По периметру вала ставился деревянный частокол [IH, komentāri: 339].

13. Маловероятно, что такой вопрос, как строительство каменной крепости, решался без согласия полоцкого князя — верховного сюзерена ливов. Надо полагать, что прибывшие с Мейнардом в Полоцк в 1184 г. бременские купцы просили разрешения на устройство своих факторий в торгово-ремесленных центрах, расположенных в низовьях Западной Двины, за что обещали возвести там каменные укрепления. Кстати говоря, наличие каменных стен было бы выгодно и для безопасного хранения там товаров полоцких купцов.

Вместе с тем начать строительство каменных стен было возможно только после согласия самих ливов допустить пришельцев в свои поселения. Рассказ хрониста позволяет предполагать, что первоначальные уговоры Мейнарда принять христианскую веру и пустить строителей для возведения каменных укреплений не встретили достаточного понимания у ливов. И только очередное нападение литовцев помогло Мейнарду убедить их в необходимости каменных укреплений, а в качестве платы — принять крещение. Очевидно, и крещение ливов, о котором говорится выше, произошло в это время. Ранее же они могли дать лишь обещание.

14. Готландия — остров Готланд в Балтийском море, важнейший центр торговли и ремесла в восточной части Балтики. Через Готланд проходил морской путь из Северной Германии в Ливонию. Начало строительства стены следует датировать летом 1185 г.

15. Надо полагать, что речь идет не о личных средствах Мейнарда, а о вложениях прибывших с ним купцов. Они же, судя по всему, и привезли мастеров для строительства крепости. Долевое участие во владении вновь выстроенными крепостями было, вероятно, оговорено при встрече с князем Полоцким в 1184 г. Немецкие купцы таким образом получали возможность хранить товары в глубине страны и вести не только сезонную, но и круглогодичную торговлю в регионе. Вероятно, оговаривалось и право держать в замке немецкий отряд для защиты Мейнарда, купцов и их имущества [Назарова 1995 (а): 75—76; см. также ком. 17].

16. Эта каменная церковь сменила первую, деревянную (см. ком. 8). Остатки ее, как и остатки каменного замка, были вскрыты в результате археологических раскопок [Граудонис 1974: 398—399; Graudonis 1973: 39—42; LA: 291—294]. По мнению исследователей, церковь была построена по образцу обычных в то время для Германии приходских церквей [IH, komentāri: 337—338].

17. Гольм (Holm) — латыш. «Sala» — т. е. просто «остров», позже — Мартиньсала (по названию построенной там церкви), нем. — Кирххольм (Kirchholm) — «Церковный остров». Маленький островок (20 га) на Западной Двине рядом с восточным берегом более крупного о. Доле, примерно в 15 км от Риги. (Был затоплен в 1975 г. при строительстве водохранилища.) Здесь находился центр густонаселенного района ливов. Остров представлял собой естественное укрепление. Остатки древнего ливского поселения, как и первого каменного укрепления, были вскрыты в результате археологических работ [Мугуревич 1972: 436—437; Мугуревич 1973: 389—391; Мугуревич 1974: 404—405; Мугуревич 1975: 421; LA: 294—295; IH, komentāri: 341, 343, 345—346].

Выбор Мейнардом и купцами именно Икесколы и Гольма не был случаен. Обладание этими пунктами позволяло контролировать судоходство в нижнем течении Западной Двины и выход в море. Здесь находились переправы через реку и перекрещивались водные и наземные торговые пути: на Русь из Рижского залива и к Финскому заливу из Литвы. Под контролем оказывался важный центр торговли местного населения с Литвой и Русью — совр. городище Даугмале на южном берегу реки, между Гольмом и Икесколой [Дауне 1992: 22—28; Назарова 1982: 96; Назарова 1995 (а): 75—76]. В случае успешного утверждения немцев в Икесколе и Гольме была бы подорвана торговая гегемония русских купцов на Западной Двине. Кроме того, при необходимости крещения местного населения «мечом», крестоносцы получали удобные исходные позиции для продвижения вглубь страны.

18. По сообщению Арнольда Любекского, Мейнард был посвящен в ливонские епископы архиепископом Бременским Гартвигом II в 1186 г. [Arnoldi chronica: 213]. Подтверждение же этого назначения Римским папой Климентом III относится 01.10.1888 г. Резиденцией епископа стала Икескола. Отсюда первое название епископства — Икескольское (см. также ком. 38).

19. Отказ ливов от крещения, по всей вероятности, означал и невозможность для немецкой стороны закрепиться во вновь выстроенных замках.

20. Упоминание о «священниках и братии (fratribus)» указывает на то, что на помощь Мейнарду прибыли священнослужители. Право на набор духовенства в Германии для миссионерской деятельности в Ливонии было дано Мейнарду буллой Климента III (предположительно в 1190 г.) и буллой Целестина III от 27.04.1193 г. [LUB, Bd. 1, № XI: 11—13; Bd. 3, № Xa, 2]. «Братия», по справедливому мнению Л. Арбузова, это клирики, жившие по общежитийному уставу августинцев, в учрежденном Мейнардом в Икесколе домкапитуле [HCL: 5].

21. Некоторые исследователи полагают, что намерение Мейнарда вернуться в Германию относится к 1195 или 1196 г., ибо оно было вызвано отказом ливов от крещения по завершении строительства замков Икескола и Гольм, которое должно было продолжаться примерно 10 лет [HCL: 5; Bennighoven: 26; IH: 51, 343]. Однако с этой датой не согласуются излагаемые далее события. Думается, что желание Мейнарда отправиться к папе и просить о присылке войска для поддержки новой церкви должно было предшествовать завершению строительства. В таком случае воины, которых предполагалось разместить во вновь отстроенных крепостях, прибыли бы к Ливонию как раз к завершению строительства. Представительный состав делегации духовенства, сопровождавшей Мейнарда, должен был свидетельствовать о том, что епархия действительно существует и что на самом деле есть, что защищать. На изменение планов Мейнарда могло повлиять опасение, что отсутствие его как гаранта сохранения христианства в Ливонии может привести к гибели новой церковной организации. Эти события вполне могли иметь место уже в 1192 г., поскольку несколько ранее в тексте хроники (I, 10) упоминается о солнечном затмении, совпавшем с днем Иоанна Крестителя. Известно, что в 1191 г. затмение было 23 июня, т. е. накануне дня Иоанна Крестителя [HCL: 4].

22. Просьбу о присылке войска Мейнард передал, очевидно, с бременскими купцами, возвращавшимися из Ливонии.

23. По мнению исследователей [IH: 50], эти слова заимствованы из Библии. Ср.: Притч., 14, 15: «Бесхитростный верит всякому слову».

24. Попытку епископа вернуться через Эстонию следует отнести к зиме 1192—1193 гг. Вероятно, Мейнард рассчитывал на помощь из Европы уже в течение 1192 г. Но в Германии шла борьба за императорскую корону. В борьбу были втянуты король Дании Кнут и архиепископ Бременский Гартвиг II. У последнего были к тому же серьезные разногласия со своими подданными, из-за чего ему пришлось в 1190 г. бежать из Бремена [Glaeske 1962: 197—199]. Кроме того, большое число рыцарей, готовых отправиться на защиту христианской церкви, еще не вернулись в Европу после 3-го крестового похода в Палестину (1189—1192). Возможно, поэтому папа лишь подтвердил право Мейнарда на набор в Европе духовных лиц, способных вести миссионерскую деятельность в Ливонии (см. ком. 20).

25. Анно (Anno) — один из нобилей ливской области Торейда (совр, латыш. Turaida — Турайда), расположенной по р. Гауя. В хронике упоминается деревня Анно (XI, 5). Анно относился к той части местной раннефеодальной знати, кто пытался в борьбе за власть над соплеменниками опираться на помощь крестоносцев [Назарова 1980: 39].

26. Римский папа Целестин III (1191—1198) [Арбузов 1912: 276; Гергей 1996: 127].

27. Теодорих из Торейды — цистерцианский монах, проповедовавший христианство в Ливонии и Эстонии с конца 80-х гг. XII в. Один из ближайших соратников епископа Мейнарда, а затем и епископа Альберта. Будущий основатель Ордена меченосцев и епископ Эстонский [Benninghoven 1965: 20ff.]. Следует согласиться с мнением А. Бауэра, что существовало жизнеописание Теодориха, которым пользовался автор «Хроники Ливонии», создавая свое произведение [HCL: 3—6].

28. Стола (stola) — составная часть одеяния католического священника: широкая лента, надеваемая на шею, концы которой спадают на грудь.

29. П. Иогансен в свое время высказал предположение, что Теодорих отправился в Германию через Курземе и Пруссию [Johansen 1951: 98]. Представляются, однако, справедливыми возражения оппонентов Иогансена, отмечавших, что Теодориху было значительно легче пробраться к побережью через Торейду и Эстонию, где его знали как священника, оказывавшего и прежде помощь больным (I, 10), нежели через незнакомые ему и враждебные для христиан области [HCL: 6, 7; IH, komentāri: 343—344].

30. Ряд исследователей предполагает, что на основании вышеизложенных аргументов встречу папы с Теодорихом следует датировать 1195—1196 гг. [HCL: 6, 7; Benninghoven 1965: 26; IH, komentāri: 53]. Однако представляется более вероятным, что Теодорих мог добраться до папы еще до осени 1193 г. В таком случае объявление крестового похода должно относиться к концу 1193—1194 гг. [Назарова 1999 (а): 27—29]. Текст буллы не сохранился.

31. В историографии нет единой точки зрения на то, какого епископа имел в виду хронист. Некоторые авторы полагали, что это — Мейнард [Biezais 1969: 88—96]. По мнению других, это — Теодорих, ставший позже епископом Эстонским [HCL: 7; IH, komentāri: 344]. Более вероятным представляется второе мнение, так как Теодорих был в Европе и мог оказаться вместе с войском, направлявшимся в Ливонию. Мейнард же, судя по хронике, все время оставался в Ливонии.

32. Шведский герцог — ярл Биргер Броса [Андерсон 1951: 181; Ammann 1936: 105; Johansen 1951: 99].

33. Готы — жители о. Готланд.

34. Куры — курши (латыш. kurši), народ, относящийся к балтской этнической группе, живший в Курземе — западной части Латвии (латыш. Kurzeme; лат. Curonia, нем. Kurland) [LA: 180—190, 320—323; Седов 1987: 404—409].

Существует мнение, что христианский флот первоначально собирался напасть на Курземе. В таком случае его нельзя отождествлять с крестовым походом, объявленным папой по просьбе Мейнарда [Ammann 1936: 105]. Однако более вероятно, что христиане встретились с кораблями куршей, плававшими в Рижском заливе и закрывавшими подходы к устью Западной Двины [Назарова 1999 (а) 28—29].

Этот поход некоторые исследователи (А. Бауэр, Л. Арбузов, Ф. Бенингховен, Э. Мугуревичс) датируют 1197 г. С ними согласен и И.П. Шаскольский [HCL: 7; Benninghoven 1965: 26; IH: 53; Шаскольский 1978: 118]. А. Амман ссылался на сообщения германских средневековых источников, упоминавших о неком крестовом походе в Эстонию в 1194 г., полагая, что эти известия соответствуют рассматриваемому рассказу хрониста Генриха [Ammann 1936: 105]. Тем же годом датировал поход и А. Вассар [ИЭ: 135]. Полагаем, что датировать поход 1194 г. больше оснований, чем 1197 г., ибо, судя по тексту хроники, поход состоялся еще при жизни первого епископа Ливонии, умершего в 1196 г. (см. далее, ком. 39).

35. Вирония — земля (область) Вирумаа (Virumaa) в Северо-Восточной Эстонии, граничившая с новгородскими владениями. Находилась в сфере экономических и политических интересов Новгорода. В этой области находится эстонское укрепление Раквере (древнерус. Раковор), позже — датско-немецкий замок Вейсенберг, или Везенберг. Чрезвычайно сложно представить, каким образом корабли, плывшие с Готланда к Рижскому заливу, могли быть занесены бурей вглубь Финского залива. Думается, что в войске, формировавшемся для крестового похода в Ливонию, инициативу перехватили шведы, планировавшие провести экспедицию в своих интересах. А для них важнее было утвердиться в Северной Эстонии, что они пытались сделать еще в 70-х гг. XII в. [Назарова 1999 (а): 24—27] и что в конечном итоге было связано со стремлением шведов не допустить усиления новгородцев в эстонских и финских землях по берегам Финского залива. Возможно также, что Теодорих поддержал Биргера Бросу, надеясь уже тогда стать эстонским епископом. Версия же с бурей была поздним домыслом хрониста или заимствованием из какого-то источника, которым он мог пользоваться при описании событий.

36. Не ясна причина быстрого ухода крестоносцев из Эстонии и отказ от крещения эстов. Вполне вероятно, что эсты не пошли на контакт с христианами и не хотели креститься. Для серьезных же военных действий у крестоносного войска не было сил. К тому же могли начаться разногласия между шведами и тевтонами. Последние, возможно, предпочли просто захватить добычу и не собирались помогать шведам в реализации их территориальных претензий.

37—37. Ср. 1 Макк.: 1, 5—6.

38. Здесь «Ливония» — область двинских ливов в отличие от расположенной на Гауе ливской области Торейда. Видимо, на эти две церковно-административные области было разделено Икескольское епископство при Мейнарде.

39. Согласно надписи на надгробном камне на могиле Мейнарда, он умер 14.08. или 11.10.1196 г. [Аннинский 1938, примечания: 462; IH, komentāri: 344]. А. Амман, со ссылкой на историка прошлого века К.Ф. Шварца, датирует смерть Мейнарда 1195 г. [Ammann 1936: 106].

К книге II.

1. Бертольд (Bertoldus) происходил из семьи министериалов по фамилии Шульт, родом из Нижней Саксонии. До посвящения в епископы он был аббатом цистерцианского монастыря в Локкуме, в 40 км от Ганновера [Feser 1964: 101—128].

2. Прибытие Бертольда в Ливонию относится к 1197 г. [Аннинский 1938, примечания: 75; HCL: 8; Benninghoven 1965: 26; IH: 53]. Возможно, кандидатура его была согласована еще до смерти Мейнарда. Поэтому новое посвящение состоялось сразу же после получения известия о смерти первого епископа.

3. Лучшие люди из язычников — представители ливской феодализирующейся знати. Судя по дальнейшему тексту хроники — «лучшие люди» из христиан — это не старейшины немецкой колонии, ибо они действуют заодно с язычниками, а также и не местные старейшины вроде Анно из Торейды (ком. 25 к ГЛ, I). Возможно, некоторые ливские старейшины приняли христианство в последние дни жизни епископа Мейнарда, пытаясь таким образом предохранить Ливонию от прихода крестоносного войска.

4. Освящение кладбища указывает на то, что гольмские ливы начали хоронить умерших по христианскому обряду.

5. Деревянная церковь была построена, вероятно, во время возведения каменного укрепления на Гольме. В 1202 г. эта церковь была сожжена земгалами (ГЛ, V: 3). Возведение каменной церкви, посвященной св. Мартину, началось примерно в середине XIII в. (см. также ком. 17 к ГЛ, I).

6. Вероятно, папа Целестин III, умерший в начале января 1198 г.

7. Бременский архиепископ Гартвиг II (1185—1208 гг.). См. о нем.: Glaeske 1962: 194—209.

8. Булла об этом крестовом походе не сохранилась. Набор крестоносцев Бертольд проводил в Саксонии, т. е. в тех местах, откуда он сам прибыл в Ливонию.

9—9. Ср. Притч.: 26, 11: «Как пес возвращается на блевотину свою, так глупость повторяет глупость свою».

10. В латинском тексте: «verbis non verberibus» — игра слов, заимствованная у Цицерона [Cicero. Tusculanae disputationes, III: 64] или у использовавшего это выражение Сенеки [Senecae. Ad Lucilium epistulae morales, 47, 19]. Дословно переводится: «словами, а не побоями». Перевод С.А. Аннинского: «речами, а не мечами», представляется в данном случае удачным [Аннинский 1938: 76].

11. Обычная для Европы того времени практика — брать в заложники сыновей местной знати. Широко применялась крестоносцами в Ливонии.

12. Обмен копьями — неоднократно упоминаемый в хронике ритуал. При заключении мира стороны обменивались копьями. При разрыве перемирия — отсылали копья обратно (см. ГЛ, XVII: 2).

13. По сообщению хрониста, битва произошла у «Рижской горы». В некоторых поздних списках хроники приводится дата гибели епископа — 24 июля 1198 г. [Аннинский 1938, примечания: 463]. На время года указывает также упоминание о «созревших хлебах ливов».

О том, что битва произошла летом, сообщал также Арнольд Любекский [Arnoldi chronica: 214—215]. Об убийстве Ливонского епископа Бертольда в 1198 г. писал в хронике, датируемой серединой XIII в., Альберт из Штадена [Annales Stadenses: 353].

14. Первоначально установленный крестоносцами налог, очевидно, соответствовал принятому здесь зерновому налогу, выплачиваемому в качестве дани Полоцку. Мера зерна — 1 лоп (лофф), латыш. — 1 пура, что составляло 48—50 кг зерна.

«Unkus» («соха») — нем. «Haken» («гак») — площадь, обрабатываемая одной сохой, которую тянет одна лошадь. Обычным для местного населения был так в 30 пурных мест, т. е. площадью, на которой высевалось 30 пур зерна, или 9—11 га [Земзарис 1955: 190, 191, 195; Zemzaris 1981: 75, 98; Назарова 1990: 73—75].

15. Тевтония — Германия.

16. Великий пост в 1199 г. был с 3 марта по 19 апреля.

17. Время расправы было выбрано ливами не случайно. С.А. Аннинский полагал, что они торопились расправиться с христианами до прибытия кораблей с военной силой из Германии, которые обычно появлялись после зимы к Пасхе [Аннинский 1938, примечания: 463]. Думается, однако, что для ливов было важно не выпустить в Европу корабли, которые, как отмечалось выше, старались к Пасхе попасть по крайней мере на Готланд. Ведь именно прибывшие из Ливонии могли бы рассказать о ситуации в стране, и тогда уже действительно сюда пришли бы крестоносцы.

Примечания

1. Текст в квадратных скобках восстановлен в публикации 1955 г.

 
© 2004—2019 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика