Александр Невский
 

5. Условное владение землей?!

Стоит остановиться еще на одной проблеме боярского землевладения — его характере. Много споров возникало вокруг основного вопроса: каким оно было — вотчинным или поместным. Источники не могут определенно ответить на него. Поэтому когда в научной литературе рассматриваются земельные пожалования князей боярам и дружинникам, то обычно не отмечается, за что они получали владения.

Логично допустить, что компенсацией могла быть в основном военная служба сюзерену вне зависимости от того, безусловным (вотчина, аллод) или условным (поместье, феод) было то или иное владение вассала. Полной мерой сохраняют актуальность давние слова Л.В. Черепнина: «По-видимому, бояре и княжеские "мужи" служили главным образом с вотчин. У нас нет сведений об условных земельных держаниях типа позднейших поместий».1 В свое время мне, кажется, посчастливилось показать, что в Галицко-Волынском княжестве при Данииле Романовиче существовали настоящие помещики, получавшие наделы при обязательном условии несения службы князю. Поместная система там была, вероятно, весьма развитой, потому что, например, в Галицкой земле в условное владение («держание») земли раздавали не только князья, но и крупные бояре, такие, как Доброслав Судьич.2

И все же воздержусь от категорического вывода, которым завершалась только что упомянутая моя статья: условное землевладение было распространено в Галицко-Волынской Руси и в других южнорусских землях XIII в.3 Более вероятной исторически кажется мне теперь иная мысль: все же поместное владение землей сложилось в Галицкой и Волынской землях не вследствие естественного социально-экономического прогресса, а в экстремальных условиях смертельного поединка Даниила и Василько Романовичей с неимоверно сильным и агрессивным боярством (преимущественно галицким), подрывавшим княжескую власть и не раз устраивавшим покушения на жизнь своих князей. Тогда Романовичи создали прослойку из среднего и мелкого боярства и младших дружинников, наделяя их землей с условием службы своим князьям. Вероятно, эта прослойка была действенным противовесом боярам и их военным отрядам. Опираясь на условных землевладельцев-рыцарей, а также на сформированную ими из горожан регулярную, хорошо вооруженную пехоту («пешцев» летописи4), Даниил и Василько сумели в конце концов сломить сопротивление непокорного и откровенно враждебного им крупного боярства. После решающей битвы войска Романовичей с уграми, поляками и боярскими отрядами вблизи г. Ярослава 1245 г. летописи более не упоминают о сопротивлении бояр княжеской власти в Галицко-Волынском великом княжестве.

Точно так же слишком категорическим и не вполне соответствующим историческим реальностям домонгольского времени можно считать слова Б.А. Рыбакова, допускающего для XII—XIII вв. существование значительной прослойки людей, служивших с поместий, т. е. дворян: «Рыцарственный XII век выдвинул не только боярство, находившееся ранее несколько в тени, но и разнообразное дворянство, включившее в себя и дворцовых слуг, и воинов — "детских" или "отроков", и беспокойных всадников — торков и печенегов».5

Проблема условного земельного владения в Древнерусском государстве XII — первой трети XIII в., как считает один из знатоков этого вопроса, не могла возникнуть просто потому, что «на бояр и других князей Юго-Западной Руси великий князь смотрел как на своих слуг, мало при этом отличая вотчину от феода или бенефиция».6 Поэтому вовсе не случайно настоящее поместное землевладение возникло и распространилось на следующем и более высоком витке эволюции феодализма: в первой половине XIV в., когда источники фиксируют его существование в Московской Руси времен княжения Ивана Калиты (1325—1340).7 Согласно наблюдениям М.С. Грушевского над источниками второй половины XIV в., служба с пожалованных великим и другими князьями наделов была обычным явлением на украинских землях, попавших в 60-е гг. XIV в. под власть великих князей литовских.8

Убежден в том, что на Руси XII—XIII вв. боярское землевладение, среднее и крупное, во всех случаях было безусловным, вотчинным, аллодиальным. В этом, на мой взгляд, особенно много значила традиция, память о временах, когда родо-племенная знать владела землями и богатствами, будучи мало зависимой от верховного вождя или князя. Согласно древнерусскому феодальному праву, князь-сюзерен не мог лишить вассала-боярина земли, разве что в случае совершения тем преступления, ставившего его вне законов общества. Бояре прочно и уверенно владели своими владениями, в том числе и земельными, — независимо от того, каким было происхождение собственности того или иного земельного магната: 1) получение в наследство (особенно среди тех, кто вышел из племенной аристократии); 2) получение от князя за службу или в знак особенного благоволения; 3) захват или покупка общинных земель.

Даже Даниил Галицкий, сильный и властный государь, изгонявший из своего княжества могущественных бояр и даже лишавший их жизни, не отнимал у них вотчин. По крайней мере, в подробном жизнеописании Даниила из Галицко-Волынской летописи подобных свидетельств просто нет.

Примечания

1. Черепнин Л.В. Спорные вопросы... С. 161.

2. Котляр М.Ф. Джерела складання та форми феодального землеволодіння в Давній Русі // Український історичний журнал. 1984. № 2.

3. Там же. С. 36.

4. Котляр М.Ф. Полководці Давньої Русі. Київ, 1996. С. 36—37.

5. Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества. С. 478.

6. Пашуто В.Т. Очерки по истории Галицко-Волынской Руси. М., 1950. С. 139.

7. См., напр.: Рожков Н.А. Город и деревня в русской истории. Пг., 1919. С. 38.

8. Грушевсъкий М. Історія України—Руси. Т. V. Львів, 1905. С. 41 и сл.

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика