Александр Невский
 

Заключение

Нет сомнений в том, что рассмотренный археологический материал, дает новые ценные сведения по истории новгородской торговли. Несмотря на то что торговля многими импортными товарами (цветные металлы, серебро, ткани) достаточно подробно освещена в письменных документах, археологический материал, представляя собой цельный, не подверженный случайностям источник, объективно отражающий динамику ввоза в Новгород различных импортных товаров, остается незаменимым при изучении торговых связей Новгорода.

Исследование разнообразных категорий импорта привело к важным выводам об этапах развития новгородской торговли. Начиная с X в., параллельно развивается несколько ее направлений: южное — с центрами в Киеве (днепровский путь) и в Булгаре (волжский путь) и западное. С Киевом устанавливаются тесные связи, поскольку именно отсюда новгородцы получали большинство необходимых товаров. В Киеве существует торговый двор новгородцев с церковью св. Михаила. В результате нашествия монголо-татар торговые отношения с этим городом прерываются и Новгород лишается некоторых товаров, доставлявшихся днепровским путем. Центр торговых интересов Новгорода перемещается на Запад, но вместе с тем продолжает развиваться торговля по волжскому пути.

Распределение категорий импорта по ярусам и составление хронологических графиков позволили установить даты подъема и спада во ввозе в Новгород тех или иных товаров. Так, для предметов, поступавших днепровским путем, отмечено их резкое сокращение на рубеже XI—XII вв., что объясняется обострением политической борьбы между Новгородом и Киевом в это время и связанной с нею торговой блокадой.

Движение товаров в Новгород по волжскому пути, также подчиняется определенным закономерностям. Почти полностью отсутствуют импортные предметы этого направления в новгородских слоях XII в., что связано со сложной политической обстановкой, создавшейся в этот период в Поволжье. Непрекращающаяся в течение всего XII столетия борьба русских княжеств с половцами сделала практически невозможным торговое движение по Волге.

Примером того, как чутко реагируют предметы импорта на всякое изменение политической обстановки, может служить почти полное отсутствие самшита, поступавшего в Новгород волжским путем, в 16 ярусе, датированном 1238—1268 гг., что связано с монголо-татарским нашествием, которое на время совершенно приостановило торговое движение по Волге.

Распространение в новгородских слоях предметов западного импорта также отражает действительную картину их ввоза и является показателем торговых взаимоотношений Новгорода с его партнерами.

Важные наблюдения были сделаны над распределением в новгородском культурном слое янтаря. Сокращение янтаря в слоях XIII в. является реальным отражением его доставки в Новгород в это время. Оно связано с той политической обстановкой, которая характерна для Прибалтики XIII в. Тевтонский орден, распространяя агрессию в прибалтийских землях, захватил Пруссию, основной район месторождений янтаря и монополизировал в своих руках как добычу, так и торговлю янтарем. Поэтому Новгород, находившийся на протяжении всего XIII в. в состоянии войны с Орденом, не получал янтарь.

Уменьшение количества янтаря на рубеже XI—XII вв. совпадает с сокращением импорта в Новгород товаров, поступавших днепровским путем, и делает реальным вывод о доставке янтаря в ранний период из Приднепровья. Еще в прошлом веке были известны в этом районе находки янтаря в геологических отложениях.

Распределение по ярусам новгородской хронологии цветных металлов привело к неожиданным результатам: в слоях XIII в. собрано наибольшее количество предметов из цветных металлов. Обращение к истории взаимоотношений Новгорода с его основными западными партнерами, каковыми являлись Готланд, Любек и Ганзейский союз, позволило установить, что они были независимы от немецкого Ордена, отстаивая свои торговые интересы. Кроме того, в XIII в. Любек, будучи главным поставщиком цветных металлов в Новгород, поссорился с Орденом, сохраняя на протяжении всего столетия натянутые отношения с ним. Так что обострение политической обстановки в Прибалтике в XIII в. не отразилось на торговле цветным металлом, поскольку его поставщиками в Новгород были независимые от Ордена Готланд и Любек.

Вместе с тем сосредоточение максимального количества цветных металлов в слоях XIII в. требует объяснения и прежде всего выяснения вопроса о состоянии новгородского литейного производства и ювелирного ремесла в этот период.

Находки в Новгороде образцов западноевропейских тканей уточняют данные письменных источников о торговле ими в Новгороде и, кроме того, являются ценным материалом в изучении западноевропейского ткацкого ремесла в средневековье.

Распространение в новгородском культурном слое стеклянных изделий подтверждает общий вывод об этапах развития новгородской торговли. Отсутствие западноевропейского стекла в слоях X — первой половины XIII в. позволяет заключить, что в это время новгородцы полностью удовлетворяли спрос на стеклянные изделия их доставкой из Киева. С разрушением киевских мастерских они вынуждены были ввозить западноевропейское стекло, причем его количество по сравнению со стеклянными изделиями киевского производства заметно уменьшилось.

Наличие западноевропейских стеклянных изделий только в слоях, отложившихся после монгольского нашествия, да и то в небольших количествах, свидетельствует о том, что доставка стекла из дальних мест была сложным предприятием из-за хрупкости изделий.

Составление хронологических графиков различных предметов импорта позволило установить новые категории ввоза из Западной Европы. Имеются в виду вставки из горного хрусталя, получившие наибольшее распространение в XIV в. Эти вставки находят ближайшие аналогии в материалах, происходивших из Рейнской области.

Важным представляется топографический анализ некоторых категорий импорта. Поливная керамика, фрагменты посудного и оконного стекла, обломки амфор, грецкие орехи обнаруживаются только на усадьбах богатых новгородцев.

Таким образом, выявление импортных предметов в составе археологической коллекции, собранной в Новгороде, и распределение их по ярусам новгородской хронологии стало важным источником по истории развития новгородской торговли. Установлены даты подъема и спада в поступлении различных категорий импорта, их связь с изменением политической обстановки, определены новые категории ввоза, для отдельных предметов зафиксированы новые районы поступления.

Полученные при анализе археологического материала выводы могут быть распространены на развитие новгородской торговли в целом, так как многие категории импорта, известные только по письменным документам, не устанавливаются в достаточно полном объеме, чтобы можно было проследить динамику их ввоза.

Наблюдения над категориями импорта, бытовавшими в Новгороде, показывают, что подавляющее большинство их появляется уже в самых нижних ярусах, датированных серединой X в. В связи с этим представляется возможным дополнить сведения о времени возникновения Новгорода. Долгое время летописная дата, впервые упоминающая Новгород в середине IX в., не находила подтверждения в археологических материалах. При раскопках Неревского конца, где были обнаружены 28 ярусов мостовых, последовательно сменявших друг друга, было установлено, что первая мостовая в этом районе была проложена в 953 г.1Эта дата была принята за основу при датировании древнейших слоев Новгорода.

Однако в последние годы исследователи, вновь обратившись к материалам Неревского раскопа, заметили, что первая мостовая середины X в. была положена не на материк, а на культурный слой, в некоторых местах значительный. Следовательно, городские усадьбы на этом участке существовали задолго до того, как были сооружены первые уличные мостовые. Изучение новгородской керамики, предпринятое Г.П. Смирновой, позволило выделить группу сосудов IX в. Приведенные примеры, несомненно, свидетельствуют о наличии в Новгороде древнейших прослоек IX в. Дальнейшие работы в этом направлении, вероятно, дадут новые конкретные данные о существовании города Новгорода в это время.

Находки же в древнейших слоях середины и второй половины X в. почти всех категорий импорта, прослеженных в дальнейшем на протяжении пяти веков, дают основания утверждать, что к моменту строительства первой мостовой в Новгороде в середине X в. этот город имел уже налаженные торговые связи с южной Россией и Западной Европой, откуда получал шиферные пряслица, грецкие орехи, амфоры, самшит, поливную керамику, стеклянные изделия, арабское серебро, янтарь, цветные металлы и ткани2. Обращает внимание большое количество стеклянных бус в слоях 953—989 гг. (всего здесь собрано 539 экземпляров), привезенных из Киева. Трудно представить, что все эти импортные для Новгорода предметы попали в город с его первыми поселенцами. Следует признать, что к 953 г. Новгород существовал как город3 со сложившимися торговыми связями, поэтому летописную дату о его существовании уже в IX в. можно считать достоверной.

Некоторые категории импорта, распространенные в Новгороде, позволяют уточнить даты производства отдельных предметов, поступающих в виде готовых изделий. Прежде всего это касается пряслиц из розового шифера. Если об окончании их производства на Волыни известно хорошо, то о начале изготовления этих пряслиц мы не располагаем точными данными. В литературе принята дата появления камнерезного промысла в Овруче, предложенная Б.А. Рыбаковым в 1948 г.4, относящая производство шиферных пряслиц к началу XI в.5

В настоящее время, хотя и нет точных сведений о времени возникновения производства шиферных пряслиц, несомненным представляется его существование уже в середине X в., так как в новгородских слоях такие пряслица обнаруживаются с 953 г.

Важным археологическим источником становятся раскопки территорий, связанных с торговой деятельностью новгородцев. Работы в этой области только начинаются. Находки на Лубяницком и Кировском раскопах многочисленных предметов импорта и вместе с ними остатков ювелирного ремесла позволяют ставить вопрос о тесной взаимосвязи ремесла и торговли в средневековом Новгороде.

Ценные материалы получены в результате раскопок Готского двора, благодаря которым впервые стали доступными для исследователей постройки и предметы быта иноземных купцов. Уточнена топография и история Готского двора.

Оценивая археологические источники по истории развития новгородской торговли, необходимо признать, что они дают массу нового материала, объективно отражая этапы развития новгородской торговли в целом.

Примечания

1. На участке Суворовского раскопа первый ярус мостовой был положен в 972 г.

2. В данном случае речь идет о материалах Неревского раскопа, но и на Суворовском раскопе, где также обнаружены слои X в., наблюдается подобная картина.

3. Мы не рассматриваем здесь другие аспекты этой проблемы, а обращаем лишь внимание на распространение в новгородских слоях категорий импорта с середины X в.

4. Рыбаков Б.А. Ремесло древней Руси. М., 1948, с. 195.

5. Розенфельдт Р.Л. О производстве и датировке шиферных пряслиц. — СА, 1964, № 4.

 
© 2004—2017 Сергей и Алексей Копаевы. Заимствование материалов допускается только со ссылкой на данный сайт. Яндекс.Метрика